— Я знаю, но, как я уже сказала, я Кастана, а мы не любим полумер. Сначала я убежала, чтобы проучить своих родных за то, что со мной обращались как с ребенком. Я считала, что они поймут, как я им нужна, и будут искать, а я заслужу уважение.
— Но они не стали искать, верно?
— Нет, меня не искали, — признала Роксанна, и в ее голосе не было грусти, несмотря на отчуждение родных. — Я нашла место, где остановиться, но все еще страдала от видений гибнущего «Арго», и воспоминания пожирали меня изнутри. Я сознавала, что трагедия произошла не по моей вине, но не могла не чувствовать вины. Однажды я услышала, что в Городе Просителей есть место, куда любой может принести умершего человека и обрести покой. Тогда я и направилась сюда и предложила свою помощь.
— И тебе помогло? Кошмары прекратились?
Роксанна кивнула.
— Прекратились. Я думала, что проведу здесь несколько дней, чтобы очистить мозги, но чем больше я помогала людям, тем яснее понимала, что не могу уйти. Когда изо дня в день тебя окружает смерть, начинаешь по-другому смотреть на вещи. Я выслушала сотни историй, которые могли бы разбить сердце, но благодаря им поняла, что постигшее меня несчастье не тяжелее ежедневных страданий этих людей.
— А что ты можешь сказать о Палладии Новандио?
В ауре Роксанны появились оттенки сопротивления, и Кай моментально пожалел о своем вопросе.
— Он пережил страшную потерю, — сказала она. — Потерял любимых людей и в их смерти винит себя.
Кай повернулся и посмотрел, как Палладий Новандио негромко разговаривает с прихожанами своего храма. Теперь он понимал меру его печали и вины. Он узнал это всепоглощающее чувство, как в зеркале отражающее его собственное состояние.
— Значит, мы очень похожи, — прошептал Кай.
— Ты обвиняешь себя в том, что случилось на «Арго», не так ли? — спросила Роксанна.
Кай попытался подобрать уклончивый ответ, избежать откровений, но не мог найти слов. Он умел читать ауры, при помощи своих психических способностей мог без труда определить эмоции, но не смел обратить свой талант на себя из страха перед тем, что мог увидеть.
— Это моя вина, — негромко произнес он. — Я погрузился в передающий транс, и потом рухнуло защитное поле. Я стал проводником для монстров. Трещиной в барьере. Это единственное объяснение.
— Это просто смешно, — заявила Роксанна. — Как ты можешь так думать?
— Это правда.
— Нет, — твердо возразила Роксанна. — Это неправда. Ты не видел, что происходило за пределами корабля. А я видела, как в нас что-то ударило, и никакой корабль не мог бы этого выдержать. Варп-шторм налетел ниоткуда и обрушился со всей мощью течений, идущих от края Галактики. Никто не заметил его приближения, ни наблюдатели Нобилите, ни стражи Врат. Это было стечение обстоятельств, которое происходит раз на миллион случаев или раз на миллиард. Учитывая то, что творится на Терре, да и по всей Галактике, можно только удивляться, почему такое не случается чаще. В варпе происходит нечто невообразимое, и тебе повезло, что ты этого не видишь.
— Ты, конечно, многое видела, но я слышал, — сказал Кай. — Я слышал, как они умирали.
— Кто?
— Все. Все мужчины и женщины на корабле. Я слышал каждого из них. Слышал их ужас и боль утраты и все последние мысли. Я слышал, как они взывают ко мне. И до сих пор, стоит мне ослабить защиту, как я снова их слышу.
Роксанна крепко сжала его руку, и он ощутил силу ее взгляда, но у него не было глаз, чтобы на него ответить. Ее аура разгорелась, словно солнечная корона, и он только сейчас понял, насколько сильна эта девушка. Роксанна происходила из Дома Кастана, а в этом клане никто не страдал от нехватки уверенности.
— Они пытались обвинить в крушении «Арго» нас обоих, разве это не говорит тебе, насколько мало они разбираются в обстоятельствах? Кто-то должен понести ответственность. Случилось нечто ужасное, и человеческая натура так устроена, что кто-то должен за это заплатить. Они день и ночь твердили мне, что я виновата, что я где-то ошиблась и должна пройти переподготовку. А я все отвергала, я уверенно отрицала свою вину. Я знала, что спасти корабль не мог никто и ничто. Он все равно бы погиб, что бы я ни делала. И никто бы не смог его спасти.
Кай слушал ее слова, и каждое из них пробивало броню его уверенности, словно кинжалом, нацеленным точно в сердце. Он и сам говорил себе то же самое, но нет более грозного обвинителя, чем собственное сознание. Кастана сказали ему, что он стал причиной гибели «Арго», и он поверил им, потому что в глубине души жаждал наказания за то, что остался жив.