Только вот Ренан неспособен был поднять руку на любовь всей своей жизни, чтобы она не сделала. Рана в груди Камины совсем не совпадала с шириной лезвий его кинжалов. Зато прекрасно соответствовала тонкому стилету, который висел на поясе аристократа. К тому же предположить, что произошло, учитывая "сильные ожоги нижней части тела пострадавшего" можно. Маг ведь вполне способен нарисовать Печать и языком, а слюна тоже содержит Силу. Гримаса боли на лице отрезанной головы Витора, довольно убедительно показала ощущения, испытываемые аристократом перед смертью.
А главное, прекрасно понимая чувства своего друга, Мишель искренне считал, что и Ренану не стоило этого делать. Убивать всех стражников в том числе. Конечно, очень возвышенно - умереть от кровопотери из-за полученных ран, обнимая труп своей жены. Только о детях-то он в тот момент думал?! Нет! Но все же вспомнил. Перед смертью. Во всяком случае, нацарапанные на земле возле его руки символы, скрупулезно перенесенные дознавателями на бумагу, были не воззванием согрешившего к богу, как они решили, а просьбой Мишелю защитить детей. Причем не зря.
Своеобразное законодательство империи и принадлежность к дворянскому сословию послужили невероятно плохой концовкой всей истории. Слишком мстительным оказался отец этого Витора, решивший в отсутствие других кандидатов потешить свою мерзкую душонку мучением невинных подростков. Да, формально со смертью убийцы дело закрылось. Однако имперский суд, согласно полученному иску, наложил на род де Бассо штраф за гибель члена другой аристократической семьи. Скрупулезно сосчитанный по специальным таблицам. И не предоставил отсрочки ввиду особого статуса заявителя.
Естественно, сумма оказалась такова, что давно не видевшее своих хозяев крохотное поместье в одной из захолустных провинций не могло никак ее покрыть. А поскольку единственными членами рода остались тройняшки Тошин, Ташина и Тишани, то они были забраны на службу империи для "оплаты возникшего долга". Надо ли говорить, что обычно не имея подходящего образования и профессии, отрабатывали его на южных плантациях, с которых никто не возвращался. Тем более через двадцать лет, озвученных в окончательном судебном вердикте. Впрочем, нужно признать - за соблюдением законов в империи действительно следили. До наступления второго совершеннолетия дети считались не полностью ответственными за родителей, а значит, подлежали сначала отправке в специальный приют.
Так-то лишь небольшая отсрочка с неизбежным концом, если не найдется тех, кто сможет заплатить. А Мишель был готов. Благо, являлся тоже дворянином, не бездействовал и даже сумел собрать все необходимые бумаги для получения опекунства. Оставалась всего пара, пусть рискованных, но прибыльных рейдов вглубь Земель Демонов, после чего нужная сумма с учетом накоплений членов группы набиралась. К сожалению, скорбящий отец предусмотрел подобное. Вероятно, заодно решив отомстить и друзьям убийцы своего сына. Изящная "подстава" с поиском артефактов в несуществующих эльфийских руинах для имперской научной академии и как следствие - вынужденно наложенный гильдией Авантюристов трехгодичный запрет на выполнение заданий за Стеной. Заодно компенсация части стоимости организованной экспедиции, едва покрытая из всех сбережений.
О происходивших далее событиях Лаграс вспоминать уже не хотел. Судорожный поиск работы, предложение "от которого невозможно отказаться". Затем почти два года разъездов "сборщиками", перевозящими людей, пойманных охотниками за головами. Постоянные попытки подавить совесть. Наконец, последнее задание, способное помочь собрать необходимую сумму и... встреча с богом?! Честно говоря, Мишель не знал. Слишком хорошо был осведомлен о возможностях магии. Но искренне решил верить. Во всяком случае, врученный мешочек с драгоценностями и мгновенный перенос всех членов группы на площадь посещенного ранее города служили весьма хорошими доказательствами. Услышанные слова тоже навсегда врезались в память.
Кстати, денег, которые они смогли бы выручить за камни, все равно могло не хватить. Мстительный папаша умудрился протащить через суд еще один иск по утере наследника, удвоивший сумму. Заодно в долге каким-то образом появилась стоимость проживания детей в приюте, увеличенная на порядок некой бережливой рукой. Вот только... этим неожиданно заинтересовалась Служба Дознания. Не местной провинции, а из самой столицы. Та, что допрашивала команду Лаграса после Дня Гнева.
Результат - неожиданно узаконенные документы об опеке над несовершеннолетними наследниками рода де Бассо, аннулирование исков и снятие запрета на работу в гильдии Авантюристов. Заодно аристократ внезапно захотел пожить в одном из самых северных поместий. Именно эти события Мишель считал истинным проявлением Божьей Воли, стараясь с тех пор каждый день в короткой молитве благодарить Светела за проявленную милость. Тихо сказанные слова одного из дознавателей, что им стоит побыстрее вернуться на Стену, пока остальные члены рода Д'Ору не опомнились, тоже отнес на ее счет. Конфискованные камни с весьма скромной компенсацией были уже мелочью недостойной внимания.
Ну а как сильно намочили рубашку новоявленного опекуна своими слезами тройняшки, увидевшие Лаграса спустя целых два года и узнавшие, что их забирают из приюта, лучше тоже не вспоминать. Мишель тогда так же искренне заплакал от счастья. Не очень достойное поведение для взрослого мужчины. Правда, был во всем происходящем один крайне неприятный и шокирующий момент, заключавшийся в том, что...
...
- О, Лаграс. Наконец-то. Я уж забеспокоился. Ну, как все прошло?