Давид Липман отдыхал после обеда в выделенных ему комнатах, когда ожил комм.
– Дорогой друг! – печально обратился к нему племянник короля. – Ваш сын сильно меня огорчил, а я вынужден огорчить вас! Он со своими головорезами перебил нашу охрану, перенёс в грузовик ваше золото и доехал до порта Джидда. Там золото перегрузили на ваш корабль и поплыли в Египет. Мне сообщили, что при досмотре египетскими пограничниками ваш сын и его наёмники оказали вооружённое сопротивление и были убиты. Поскольку о золоте не сказали ни слова, я думаю, что не было никакого сопротивления, а их просто убрали, чтобы им завладеть.За всю свою немалую жизнь я не встречал ни одного порядочного египтянина! Воры и мздоимцы, да покарает их Аллах! Но для вас главное, что вы больше не увидите ни своего неразумного сына, ни золота!
– Неужели его не остановил мой брат? – воскликнул поражённый старик.
– Я не знаю, был у них разговор или нет, – едва не плача, сказал собеседник, – а теперь не у кого и спросить! Наши солдаты увидели своих убитых друзей и пришли в ярость. Я очень сожалею, мой друг, но вашей семьи больше нет! В утешение могу сказать, что они умерли очень быстро и никто не подвергался издевательствам. Мы, конечно, накажем виновных за горячность, но это не вернёт вам семью. Хочу заверить, что эти прискорбные события никак не отразятся на нашей дружбе. Вы здесь в безопасности, а ваше золото, хвала Аллаху, надёжно хранится!
Давид почувствовал, что задыхается, и рванул ворот рубашки. Его мир рассыпался на части и таял, пока не исчез совсем.
Глава 10
Сначала им встретилась деревня, потом такой же безлюдный посёлок, а через два часа ходьбы дорога разделилась на две.
– Нам направо, – сказал Сергей. – Веселей! Через пару часов дойдём. Встретим небольшой город, но он будет в стороне от шоссе. Граница проходит по реке, поэтому пограничный пункт и таможню построили возле моста.
– Кажется, Западный Буг, – вспомнила Вера. – И как мы пройдём, если там будут поляки?
– Посмотри на индикатор сигнала своего комма, – ответил Сергей. – Он уже что-то показывает. Наверное, скоро сможем связаться через ретрансляторы Бреста. А когда будет связь, вызовем пограничников. Тяжело? Ничего, на два часа вас должно хватить. Для отдыха сейчас слишком холодно и сыро.
Непривычные к долгому хождению дети устали, поэтому шли еле-еле. До Тересполя добирались не час, а полтора. Когда в километре от дороги показалась городская окраина, уже почти рассвело.
– Смотрите, солнце! – радостно сказала Вера. – Только оно какое-то тусклое. Может, свернём к городу и где-нибудь отдохнём? Не похоже, чтобы в нём были люди.
– Не будет никаких городов! – отказал Сергей. – Давай мне свою сумку и выше поднимай ноги. Что ты шаркаешь ими по асфальту! Олег, оставь свою бутыль с водой и возьми сумку у Акселя. Если возникнет необходимость в воде, мы за ней вернёмся.
Освободившись от груза, дети пошли быстрее. Солнце действительно светило не так ярко, как обычно, но и такое оно преобразило мир. Исчезла доставшая их за последние дни серость, стало заметно теплей и уже не так тяжело на душе.
«В фильмах третья мировая война выглядела страшнее, – думал идущий за Сергеем Олег. – Польше сильно досталось, но здесь это не чувствуется. Неужели скоро придём? Почему-то я в это не верю. Иду и жду неприятности».
– Быстро в канаву! – крикнул Сергей и бросился к обочине. – Ложитесь и замрите!
Никто не понял, зачем нужно прятаться, но все послушно ссыпались в канаву и замерли. Вера даже закрыла голову руками. Вдалеке возник едва слышный гул турбин, который быстро приближался. Прошла минута – и над дорогой на небольшой высоте пролетела машина.
– Это пограничники, – сказал Олег, когда стих шум. – Я на их месте задержался бы на заставе. Хорошее жильё, еда и никакой радиации. Зачем им сейчас Франция, в которой собралось пол-Европы?
– Наверное, ты прав, – отряхивая брюки, согласился Сергей. – Не будем рисковать. Пройдём ещё пару километров по шоссе, а потом попробуем связаться с белорусами. Если это не получится, к реке пойдём по бездорожью. Брест будет рядом, а пропускной пункт пограничников – ещё ближе. У меня есть коды на все случаи жизни, так что свяжемся напрямую. Выше головы! Для нас сейчас главное – не обратить на себя внимание поляков.
Шли с полчаса, а потом состоялся сеанс связи. Почему-то не удалось связаться с пограничниками, но им ответили на сигнал спасения.