Вчера Грант вернул насос и расплатился с Тайлером контейнером с продовольствием. Ещё один был обещан инженеру, который уже полдня возился с генератором и проводкой. К счастью, вода затопила убежище не полностью, а только на два метра. Генератор оказался в воде, накопители – тоже, а проводка почти не пострадала.
– Вам повезло, – сказал довольный инженер. – Накопители герметичные и были отключены от сети, поэтому не пострадали. Генератор не включали и в нём намок только приборный блок. Я отремонтировал повреждённую часть проводки, и вы уже можете пользоваться освещением и включить обогрев. Просушите приборы управления и поставите их на место. Я почистил контакты разъёмов, так что должно работать. Много у вас горючего?
– Пятьдесят тонн в подземном резервуаре, – ответил он. – Был ветряк, но его унесло водой. Спасибо вам большое! Давайте я помогу погрузить контейнер.
Инженер улетел, а Сеймур спустился в убежище, включил свет и ещё раз всё внимательно осмотрел. Кое-где на полу были лужи, но заработавшие нагреватели и вытяжная вентиляция должны были за два дня высушить. Он сегодня не бездельничал и, пока работал инженер, смог отремонтировать входную дверь и почистить воздухозаборники. Последнее, что сделал, – это включил холодильные камеры. Ёмкости накопителей должно было хватить на двадцать дней, а потом их надо было заряжать. Ничего, если заработает генератор, это не будет проблемой. Вот матрасы на кроватях нужно менять, а остальное пострадало мало. Закрыв дверь, Грант сел в машину и вылетел в Сток-он-Трент. Пролетев за полчаса уже привычный маршрут, он приземлился перед зданием кампуса. Услышав шум машины, к нему выбежала Сандра.
– Возьми сумки с продуктами, – сказал ей дядя. – Это для жениха, наши я отнесу сам. Мы всё сохранили, поэтому можем немного поделиться. Только постарайся не распускать об этом язык!
– А когда улетим? – спросила девушка.
– Два дня будет сохнуть, – ответил он, – а я за это время отремонтирую кровати и всё остальное, что испортила вода. Расплачусь продуктами. Они запасались в расчёте на десятерых, а теперь нас только шестеро, поэтому хватит очень надолго. Я думаю, что порядок наведут раньше, чем они у нас закончатся. Сегодня объявили, что нам восстановят счета, правда, пользоваться ими можно будет только через пять лет. К этому времени может вернуться Алекс. В Штатах сильно пострадало Восточное побережье, а он жил на Западном, поэтому должен был уцелеть. Где Элизабет?
– Возится с детьми. Дядя, если у нас такой запас продуктов, может, пригласим к себе Крайтонов? Будет не так скучно, и вообще...
– Посмотрим, – сказал Грант. – Скорее всего, ты останешься здесь. Внуки могут жить в убежище, а ты должна учиться. Нужно удержать за собой комнату, а продуктами я обеспечу.
– Зачем вы её принесли? – спросил второй пилот, с недоумением уставившийся на рулон бережно смотанной плёнки.
– Ну как же... – смешался Бенсон. – Полезная вещь, она сильно нас выручила...
– Мало того что сами грязные, так ещё тянут в самолёт всякую дрянь! – вполголоса сказал штурман бортинженеру. – Ты проверил их дозиметром?
– Всё нормально, Артур, – ответил тот. – Не знаю, какую они схватили дозу, но нам не будет от них вреда.
– Это все? – спросил подбежавший командир. – Мало, но мы не можем ждать! Лейтенант, что ваши люди возятся, как беременные тараканы! Подгоните их, если не хотите остаться здесь! Что это у них?
– Плёнка... – ответил Дэвид. – Видите ли...
– Я вижу, что это плёнка! – рассердился майор. – Объясните, почему ваши люди так в неё вцепились! И почему вы в костюмах радиационной защиты? Вам нужна помощь психолога?
– Форма пришла в негодность! – сказал лейтенант, который вдруг вместо растерянности почувствовал злость. – А плёнка нас выручала, когда шли дожди. И незачем на нас орать! Эти парни выполнили свой долг, а о них забыли! Если бы не подачки французов, мы умерли бы от голода!
– О вас никто не забыл, – ответил ему штурман вместо опешившего командира, – но не было возможности помочь. Вы не знаете о том, что творится дома. Прилетите – сами увидите.
Суд закончился, и отцу вынесли приговор. Девять лет колонии строгого режима, которые с его согласия заменили тремя годами работы ликвидатора последствий ядерных взрывов. Как она узнала, сейчас такое предлагали многим осуждённым. Те, у кого были большие сроки, чаще всего соглашались.