– Слышал? – спросил Олег Ивана. – Жаль, что приходится расставаться, но ты здесь ненадолго. Свяжешься по комму и приедешь в Москву. Такой головастый, как ты, поступит в любой вуз без протекции, но будет и она. Мало ли что...
– Тебя ждут, – напомнил Зверев. – Не нужно передо мной извиняться. Свяжемся, а насчёт поездки будет видно.
Быстро собрав вещи и с трудом затолкав их в сумку, Олег поспешил выйти из комнаты. За несколько дней занятий в школе появились знакомые, но не друзья. С ними можно было не прощаться, как и с Акселем. Рогов попрощался по комму, а с другими воспитателями близкие отношения не наладились.
К директору идти не пришлось. Когда он вышел из своего корпуса и добежал до административного, у входа увидел Александру Николаевну в компании Березина. С внешностью отца познакомились по нескольким переданным Зоей фотографиям. По мнению сестры, Пётр Николаевич больше походил на комбайнёра, чем на профессора и доктора технических наук. Олег тоже не увидел в нём интеллигента, но знал, насколько обманчивой бывает внешность. Даже он в свои пятнадцать лет имел сомнительное удовольствие познакомиться с ворюгой самого профессорского вида.
– Он от нас не уходит, а бежит, – засмеялась директор. – Куда дел сестру?
– Сейчас придёт, – ответил юноша. – Здравствуйте!
С Александрой он уже сегодня здоровался, а это привет был адресован отцу.
– Здравствуй, – отозвался Березин, с интересом глядя на приёмного сына. – Так, а вот и дочь!
– Здравствуйте! – крикнула выбежавшая из-за угла корпуса Вера.
– Здравствуй, торопыга, – поддела Александра Николаевна. – И эта тоже бегом. Неужели у нас так плохо, чтобы бежать, рискуя сломать ноги?
– Здравствуй, дочь, – поздоровался Пётр Николаевич. – Не надо смущаться: это была шутка.
– Спасибо вам за всё, – сказал директору Олег. – У вас было неплохо, но мы надеемся, что в семье будет лучше. Прощайте!
Они попрощались с Александрой Николаевной и сели в стоявшую рядом с корпусом «Волгу». Березин занял место водителя, а его приёмные дети расположились сзади.
– Теперь можно поговорить, – сказал он, дав команду автопилоту на взлёт. – Лететь больше часа, так что можете задавать вопросы. Вижу же, что не терпится.
– Вы выбрали нас с подачи Вершинина? – спросил Олег.
– Неожиданный вопрос. Алексей Николаевич сделал такое предложение, но если бы вы мне не понравились, я его не принял бы.
– А что понравилось в брате? – спросила Вера. – Его IQ?
– Я его учитывал. У тебя он значительно ниже, но не думай, что пошла довеском к брату. Ум важен, но не менее важны характер и воспитание. Опытному человеку многое может сказать внешность, к тому же мне передали ваши школьные характеристики.
– У нас в Москве есть квартира, – начал Олег, – а на счёте много денег...
– Хотите жить самостоятельно, – понял отец. – Ничего не выйдет. Как ты думаешь, для чего я возился с усыновлением? Чтобы вытащить вас из детского дома и отпустить? Я не боюсь ответственности, но мне нужна семья. Я не собираюсь на каждом шагу вмешиваться в вашу жизнь. Большинство вопросов будете решать сами. Можете пользоваться своей квартирой, но жить будете в моей. И деньги со счёта лучше не тратить, они вам ещё пригодятся. Учиться хотите в своей школе?
– Да, хотелось бы, – подтвердил Олег. – А почему вы спросили?
– Не вы, а ты, – поправил Пётр Николаевич. – Начинайте привыкать к тому, что я ваш отец. Учитывая ваш возраст, я не сильно рассчитываю на любовь, но это не основание для того, чтобы мне выкать. А спросил потому, что моя квартира находится в другом районе Москвы и рядом есть прекрасная школа. Но если хотите учиться со своими друзьями, то буду утром отвозить. Обратно доберётесь сами на такси. Хотите ещё что-нибудь спросить? Нет? Тогда спрошу я. Расскажите о том, как добирались в Россию из Лондона. Я знаю об этом в самых общих чертах.
Рассказывал Олег, а Вера вставляла в его рассказ свои замечания. Отец слушал с интересом, иногда задавая вопросы. Когда машина пошла на посадку, успели рассказать о вселении в детский дом.
– Дальше не было ничего интересного, – закончил Олег. – Что это за район?
– Новогиреево, – ответил Пётр Николаевич. – На северо-западе взорвалась мощная боеголовка, и от взрывной волны не очень сильно пострадали районы Молжаниновский и Старое Крюково. В Москве уже провели дезактивацию, а эпицентр взрыва покрыт полимером. В первые дни все ходили в масках и не открывали окон, а теперь никто не бережётся. Людей из пострадавших районов вывезли, а у нас почти нормальный фон.