– Выспалась? – спросил Грант Сандру. – Не хочешь в туалет? Ну тогда посиди в машине, а я схожу узнать новости.
Он уже умылся водой из бутыли и поправил расчёской редкие волосы, а бриться было нечем. Город оказался довольно большим, и до администрации пришлось шагать минут сорок. До конца он так и не дошёл, повстречав вчерашнего полицейского.
– Как дела? – обрадовался тот, увидев Гранта. – Мне удалось устроиться в здешнюю полицию, поэтому могу помочь в решении ваших проблем. Слишком много приезжих, и депутаты решили увеличить штаты.
– Пристроил дочь с малышами на пять дней, а сам с племянницей переночевал в машине. Сейчас иду узнать, что вчера решил совет, да и вообще новости.
– Вам повезло, что встретили меня, – сказал полицейский. – Не нужно никуда идти и ночевать будете в приличных условиях. Вчера решили временно отдать приезжим с детьми кампус Стаффордширского университета. Там даже будет питание, правда, пока один раз в день. Давайте я вам представлюсь, а то вчера так и не познакомились. Мне было как-то неловко...
– Грант Сеймур. Я вчера хотел познакомиться, но вы очень быстро ушли.
– Ну а я инспектор Харли Нейтан. Вы вчера спрашивали о правительстве. Сегодня сообщили, что оно начало работу в Бирмингеме...
– Я думал, что он будет разрушен, – удивился Грант, – иначе не летел бы сюда.
– Не знаю, чем думал я, но почему-то тоже пролетел мимо. А ведь был рядом! Он намного выше столицы, поэтому совсем не пострадал. Там же сейчас и королевская семья.
– Что ещё передали? – поинтересовался Сеймур.
– Сказали, что готовят связь через резервные спутники, а потом займутся учётом населения и продовольствия. Сообщили, что его много уцелело и предупредили, что любые нарушения законов будут строго караться. В стране вводятся военное положение и карточная система снабжения продуктами питания. Тем, кто всё потерял, окажут помощь, нужно лишь немного подождать. Призвали власти непострадавших территорий оказывать помощь беженцам. Обещали потом компенсировать её из бюджетных средств. Ну и призвали военных срочно прибыть на службу, перечислив те мета, где их будут собирать. Можете сами настроить на них свой комм.
– Обязательно это сделаю. Было ещё что-нибудь интересное?
– Я слушал только французское радио. Во Франции собрались почти все немцы и поляки, ну и очень много наших. Треть их территории затопило, поэтому и пострадавшие французы бросились на восток. На такое число людей нет ни жилья, ни продовольствия. Многие ставят палатки, а еду должны доставить самолётами. Не знаю, с кем договорились французы и чем они собираются расплачиваться. Об этом не сообщали.
– А что говорят русские?
– Эти молчат! – зло сказал Харли. – Уничтожили всю нашу жизнь и затаились. Вот в США работают много радиостанций, но я их не слушал. Очень много работы, это я отвлёкся с вами. Давайте отведу в кампус и помогу устроить, а потом сходите за племянницей.
Шедший первым Люк так быстро взмахнул руками, что Нина не увидела, что он сделал. Поняла, когда солдаты выронили автоматы и упали на палубу. С пирса было видно, что из груди одного из них торчит нож. Второй упал лицом вниз, немного подёргался и тоже затих.
«Ловко! – подумала она. – Сколько раз об этом читала и смотрела в кино и никогда не верила, что ножами можно так действовать взаправду. И всё-таки эти наёмники немного тормознутые, а Иссак, похоже, всю жизнь занимался исключительно бабами. Но если я отсюда выберусь, то только вместе с ними».
– Стоим здесь! – сказал ей Липман. – Подождём, пока они проверят весь корабль. Арлет, спрячь пистолет, пока никто не увидел!
– Хорошо, – не стала спорить она и бросила глок в открытую сумку.
– Разве можно так обращаться с оружием! – выговорил он. – А если выстрелит?
– Там у меня одежда, а у него тугой спуск, – сказала Нина. – Долго возятся твои наёмники! Повезло, что в этой части порта никого нет, но нами могут заинтересоваться. Я уже не говорю о военных, которых скоро на нас натравят. Может, пойдём на корабль? Раз не слышно шума и стрельбы, значит, на нём больше нет солдат.
Исаак признал её правоту, и они забежали по переходному трапу на борт «Дейзи». Один из автоматов упал в воду, а второй лежал под убитым солдатом. Наёмники его не тронули, взяла Нина. Она перевернула убитого, подняла автомат и повесила на плечо, а заодно прихватила и брезентовую сумку с магазинами.
– Шеф, корабль наш! – доложил подбежавший к ним Жиль. – На нём остались четверо членов команды. Сейчас один из них запустит двигатели, а другой вместе с Марком будет на управлении. Давайте уберём эти канаты и трап.
Мужчины, повозившись, убрали швартовы и попытались вдвоём втянуть трап, но не удержали, и он упал в воду. Тут же кто-то включил подъём якоря, а вслед за этим на холостом ходу заработали оба двигателя.
– У вас всё готово? – крикнул выглянувший из-за полубака Феликс. – Джон сказал, что лучше спрятаться. Это здесь никого нет, дальше будет людно. Увидят европейцев и сообщат начальству порта.
Они вслед за наёмником прибежали в ходовую рубку. У штурвала стоял высокий светловолосый мужчина с хмурым лицом.
– Я Джон Калхоун, мисс, – представился он Нине. – Был на этом корабле старшим механиком. Приветствую вас, господин Липман.
– Почему у вас такой похоронный вид, Джон? – спросил Исаак. – Думаете, что нам не дадут уйти?
– Может, и уйдём, но больше вероятность того, что догонят и захватят или потопят, – ответил Калхоун. – Вам повезло в том, что рядом с нашей стоянкой не было других кораблей и охраны, но она есть на выходе из порта. Кто будет с ними разговаривать?
– А нельзя проскочить без обмена любезностями?
– Кто же нас выпустит без разрешения? – удивился вопросу Джон. – Два дня назад в порту были сторожевые корабли, а сегодня я их не вижу, поэтому можем проскочить, но это даст только отсрочку. Если поблизости не будет боевых кораблей, охрана порта сообщит пограничникам, и те пошлют вертолёт. Одна ракета – и мы дружно отправимся кормить рыб!
– Неужели не успеем дотянуть до Египта?
– Для этого нужно два часа. И что это нам даст? Приятней тонуть у египетского берега? Или вы хотите на него высадиться?
– А если высадимся?
– Можно укрыться в национальном парке Эльба, но там мы не найдём транспорта. Я выбрал бы Судан. Но это пустые разговоры, потому что никто нас не выпустит.
– Почему же вы идёте с нами? – спросила Нина.
– А что мне осталось, мисс? – сердито ответил Калхоун. – До захвата вами корабля у нас была хоть какая-то надежда устроиться в этой стране религиозных фанатиков, а после него с нами не стали бы даже разговаривать! Это раньше они были терпимыми к европейцам, а теперь этой терпимости нет и в помине! Так, сейчас будем проходить пункт контроля!
– Включите рацию и увеличьте ход до предельного! – приказал Исаак. – Какое оружие у инспекторов?
– У них несколько катеров, – ответил механик, – а оружие... Я видел только кобуры, но могут быть и автоматы. Они не будут с нами воевать, попробуют связаться по рации, а потом проорут в мегафон что-нибудь матерное и вызовут пограничников. У тех этого оружия...
Всё произошло так, как и предсказывал Джон. Сначала с ними попытались связаться по рации, а потом что-то кричали. Криками не ограничились и дали вслед кораблю автоматную очередь. У причала инспекции стояли три катера, но их не использовали.
– Время пошло, – сказал Джон. – Мисс, не хотите пройти в мою каюту? У нас осталось полчаса жизни, можем провести их максимально приятно.
– Я лучше подготовлюсь к встрече, – отказала Нина и вывалила на пол содержимое брезентовой сумки.
В ней, кроме пяти магазинов к автомату, оказались три гранаты.
– М33, – прочитала она маркировку. – А почему они с запалами?
– Дай сюда! – сказал Люк и отобрал у неё гранаты. – Почему схватила мой трофей?
– Обойдёшься без автомата, – отпихнула его Нина. – Надо было брать сразу, а теперь поезд ушёл! А гранаты могут быть в сумке у другого солдата. Нужно обыскать тела и выбросить за борт. Джон, вы собираетесь бороться за жизнь или запрётесь в каюте и займётесь онанизмом?
– Не самое плохое занятие для моряка, когда отказывает женщина, – ухмыльнулся механик. – Вы хотите предложить мне свою пушку?
– Пистолет, – уточнила она, протягивая ему глок. – Автомат я никому не дам!
– Ты хоть умеешь из него стрелять? – спросил Жиль.
– Это копия нашего АК-12, из которого я стреляла в старших классах. Результаты были не хуже, чем у инструктора!
– Если прилетит боевой вертолёт, нам хана! – сказал Джон. – Не поможет и сотня таких автоматов. Он даже не станет приближаться или тратить на нас ракету. Даст очередь из пушки ниже ватерлинии – и конец! И в варианте со сторожевым кораблём у нас нет шансов. А вот если ничего этого не будет под рукой и пошлют полицейскую вертушку... Если удачно попасть и сбить, можем выиграть время. Пока договорятся и пришлют что-нибудь более убойное, может пройти и час. Если учесть, что уже беспрепятственно плывём минут тридцать...
– Радиолокатор даёт какую-то цель! – крикнул следивший за приборами управления Марк. – Посмотри сам, Джон, я в этом ни черта не понимаю!
– Уйди от экрана, ты его заслоняешь, – невозмутимо сказал Калхоун. – Так, ближняя отметка – это какое-то небольшое судно, а дальняя приближается слишком быстро для корабля. Наверняка это посланный за нами вертолёт. Спасение отменяется.
– Далеко до этого корабля? – спросила Нина. – Отвечай быстрее, чёрт тебя побери!
– С полмили, – ответил Джон. – А для чего он вам, мисс?
– Правь к нему! – приказала она. – Если судно небольшое, его нетрудно захватить, а этот корабль пусть расстреливают!
– Неплохой план, – сказал он, послушно поворачивая штурвал, – жаль, что мы не успеем его провернуть. Вертолёт прилетит через две-три минуты.
– Он может быть и полицейским. Вы как хотите, а я не собираюсь покорно ждать конца! – Нина сдёрнула с плеча автомат и выбежала из рубки.
– Русские все сумасшедшие, – сказал Исааку Жиль. – Шеф, я тоже попробую.
– Я с ними! – крикнул Марк и тоже убежал.
– Кто она? – спросил Калхоун у Липмана.
– Шлюха из России, – ответил растерянный Исаак. – Пожалел и не позволил наёмникам убить за наглость, а теперь она ими командует вместо меня! Как вы думаете, Джон, у них что-нибудь получится?
– Если русская, то может получиться, – сказал механик. – Командует не тот, у кого больше прав, а кто к этому готов. Да и ваши права... Что сейчас стоят деньги, которые вы заплатили этим парням? И учтите, что вряд ли они испытывают благодарность за то, что вы их сюда притащили. Постойте у штурвала, а я попытаюсь им помочь. Следите за экраном, чтобы отметка от корабля была прямо по курсу.
Он вышел из рубки и увидел укрывшихся за полубаком наёмников. Вертолёт был метрах в трёхстах и быстро приближался.
«Хьюи, – определил Джон. – Уже хорошо, потому что на полицейских вертушках нет ни брони, ни серьёзного вооружения. Другое дело, что его не собьёшь из пистолета, а для нас может хватить и несерьёзного пулемёта. Не потопят, но так повредят рубку, что накроется управление. Действует нагло. Неужели экипажу не сообщили об убитых солдатах и их оружии?»
Вертолёт прошёл над палубой на высоте полусотни метров и начал делать разворот. Из-за шума винтов Калхоун едва услышал автоматные очереди, но увидел результат стрельбы. Боковое стекло в кабине пилотов разлетелось на куски, а «Хьюи» повело в сторону, а потом он завалился набок и камнем упал в воду. Осмотревшись, Джон выругался и бросился в ходовую рубку. В сотне метрах от них плыла чья-то яхта, и идущая полным ходом «Дейзи» должна была её протаранить.
– Я понимаю, майор, что вы многое перенесли и облучились, но вас никто не посылает под бомбы! – сказал Джону Сеймуру пехотный капитан. – Армия должна поддерживать порядок и оказывать помощь пострадавшим!
– Я потерял всю семью и не могу...
– Стыдно! – оборвал его собеседник. – Сейчас у многих потери, но они являются на сборные пункты и служат! Ладно, если вас раздавило горе, можете писать рапорт. В военное время не увольняют, но, учитывая состояние здоровья, для вас сделаем исключение. Только не забудьте сдать машину.
– Как же я её сдам, если нет никакой другой и не работают такси? – растерялся майор. – Я же отсюда не выберусь!
– Ничем не могу помочь! – сказал капитан. – У вас армейский «джип», и за его спасение можно получить поощрение, но не саму машину. Я не могу его отдать, тем более что уничтожены многие армейские склады, а новый транспорт будет очень нескоро! Завода в Брайтоне, который производил накопители, больше нет, а у других пока ничего не купишь!
– Чёрт с вами! Послужу дней десять, а потом слетаю похоронить родных и отдам вам машину!
– Встряхнитесь, майор! Может, ваши родные ещё живы. Я не полез бы в убежище, которое может затопить волна, сначала подождал бы, пока она пройдёт. Но даже если они погибли, почему бы вам хоть какое-то время не пожить ради других? Сейчас многим требуется помощь!
Глава 9
Колёсный бронетранспортер подъехал вплотную к грузовику. В нём выключили двигатели и хлопнула крышка одного из двух люков. Выбравшиеся на шоссе поляки проверили кабину и выбросили из неё два тела. Один из них, подсвечивая себе фонарём, ушёл проверять фургон.
– Их только четверо, – прошептал Олег, которого скрутило от ненависти. – Стреляй!
– Спятил? – шёпотом ответил Сергей. – В машине остались другие, которые зальют здесь всё огнём! Был бы я один, может, и рискнул бы, да и то вряд ли... Местность открытая, поэтому не убежишь и не спрячешься. Подсветят и кончат из пулемёта. Если не полезут проверять канаву, будем лежать тихо!
Поляки переговаривались, и многие слова казались знакомыми, но смысл сказанного не понял никто. Посовещавшись, военные вернулись в свой БТР, объехали грузовик и умчались. На шоссе опять стало тихо и темно, лишь еле слышно плакала Вера.
– Подождите здесь, – приказал Сергей. – Я посмотрю ребят и в каком состоянии машина. Вряд ли в ней многое уцелело, но надо проверить. А ты успокой сестру.
Он ушёл, а Олег прижал всхлипывающую девочку к себе.
– Не нужно плакать, – попросил он, приглаживая ей волосы. – Ты должна быть сильной, иначе мы тоже умрём в этой Польше. Из взрослых остался один Сергей, и никто из нас не должен ему мешать и проявлять слабость. Когда спасёмся, тогда дашь волю слезам.
– Я тоже с тобой поплачу, – пообещала Зоя, – а сейчас понесу сумку.
– Не надо мне помогать, – Вера вытерла слёзы рукавом и отстранилась от брата. – Я плачу не из-за страха, мне жалко Николая с Павлом. Если бы не они, мы так и пропали бы в Англии.
Послышались приближающиеся шаги, и в канаву спрыгнул Сергей.
– Оба мертвы, – сообщил он, – и грузовик отъездился. Как я и думал, в нём не осталось ничего живого. Нашёл фонарь, и поляки не заметили вот это.
– Пистолет отца, – сказала Зоя, когда засветился фонарь. – Я отдала его Павлу.
– Умеешь стрелять? – спросил Сергей, получил утвердительный ответ и добавил: – Тогда держи, только не вздумай использовать без команды. Разбираем сумки. Олег, одну бутыль с водой понесу я, а вторую придётся нести тебе. До границы только двадцать пять километров, так что до утра должны дойти. Давайте помогу выбраться на шоссе.
– Разве мы не будем их хоронить? – удивилась Зоя.
– Чем? – спросил он. – Руками? Когда встретимся с пограничниками, попросим их забрать тела. Для бронемашины езды на пятнадцать минут, а поляков здесь не должно быть. Непонятно, каким ветром занесло тех, на кого мы нарвались.
– А зачем нам столько продуктов и воды? – спросил Аксель, когда очутились на дороге. – Если утром дойдём...
– А если не дойдём? – ответил вопросом Сергей. – Запас позволит переждать, если нам что-то помешает. Не замёрзли? Тогда двигайтесь живее. Не так уж много на вас нагрузили. Если возникнет опасность, бросайте вещи в канаву и прыгайте в неё сами.
– Не видно ни одной звёзды, – сказала Зоя. – Это из-за облаков или из-за дыма от пожаров?
– В Польше было два десятка американских баз, – отозвался Сергей, – и больше тридцати – в Германии. И болгары с чехами их приютили, не говоря уже о государствах Прибалтики. Я думаю, что на относительно небольшой территории одновременно взорвалось не меньше восьмидесяти ядерных зарядов. Наверное, их было больше. В атмосферу выброшено очень много пыли, которая будет долго оседать. И у нас были взрывы, они тоже её загадили. Так что звёзды ты пока не увидишь. Хорошо, если пыль не повлияет на климат, но здоровья она точно никому не прибавит.
– А ведь он больше боится вас, – сказал Калхоун, имея в виду саудовского принца. – На нас только посматривает с опаской, а при виде вас его начинает трясти.
– Чёрт с ним, пусть трясётся, – равнодушно отозвалась Нина. – Главное, что этот прожигатель жизни со своей яхтой спас нам жизни.
Они сидели в удобных креслах на палубе яхты и время от времени пили прохладный сок, а заодно присматривали за съёжившимся в таком же кресле принцем. Большой необходимости в таком присмотре не было, потому что юнец был так напуган, что едва не намочил свою джалабию. С ним были трое телохранителей, которых освободили от коммов и оружия и загнали в каюты. В таких же каютах сидели и пятеро слуг, шесть человек корабельной команды и семь девушек для развлечения. Управлявший «Дейзи» Липман был занят своими мыслями и машинально удерживал штурвал, следя только за экраном радара, поэтому их теплоход едва не протаранил яхту и вызвал на её борту панику. Захват прошёл легко, и никто из экипажа или пассажиров яхты не успел воспользоваться связью. «Дейзи» отправилась в самостоятельное плаванье, а беглецы перебрались на саудовскую яхту, которая взяла курс на Порт-Судан, куда должны были прибыть уже через три часа.
– Жарко, – сказал Калхоун, в очередной раз наполняя бокал соком. – Сколько ни пей, всё выходит потом. Я легче переношу холод.
– Можете отдохнуть в моей каюте, – предложила Нина. – В ней есть кондиционер.
– А почему сами жаритесь на солнце? В отличие от меня, у вас есть возможность отдыхать в прохладе. Не удивились тому, как к вам изменилось отношение?
– Это было непривычно, но приятно, – призналась Нина. – А почему... Я люблю море, Джон. Полюбила, когда была девчонкой. И в Турцию поехала не только зарабатывать деньги, была мечта о морях и жарких странах. В России многим не хватает тепла и моря... Только мои мечты очень быстро разбились вдребезги о прозу жизни. За пять лет, которые я провела на Востоке, так и не была на пляже, а море видела несколько раз издали. Посмотрите, какой простор! Час назад мы с вами готовились проститься с жизнью, а теперь появилась надежда. Нужно радоваться, а у вас вид не лучше, чем у саудовского принца.
– Не вижу поводов для радости, – пожал плечами Калхоун. – Скоро попадём в Судан и покинем это роскошное корыто. И что дальше? Там воюют, мы чужаки, да ещё без средств, и нужно как-то пересечь всю страну... Проще было рискнуть плыть через Суэцкий канал. Да и дома не ждёт ничего хорошего. Как послушаешь, что передают...
– И кто нас пропустил бы на угнанном корабле, да ещё с похищенным саудовским принцем? – с сарказмом спросила она. – В Египте нужно платить за каждый чих. Я сама в нём не была, но слушала тех, кто был и не стал бы врать. В Судане найдём чем заплатить. С девушек принца сняли килограмм золота, да и вообще яхта набита роскошным барахлом. Нагрузимся им и будем платить натурой. И война – это не всегда зло. Там, где воюют, обычно мало порядка, поэтому и на нас посмотрят сквозь пальцы, если что-нибудь угоним. И сейчас думать о доме... Давайте сначала туда доберёмся. Здесь не было атомных взрывов или потопов, но я с радостью променяю здешнюю благодать на российскую радиацию. Согласна даже на вашу Англию, лишь бы больше не видеть этих арабских рож! Если бы вы знали, Джон, как они меня достали со своими обычаями и религией! Это чужой мир, в котором и для вас теперь нет места, что уже говорить о европейских женщинах!