Он задаётся вопросом, как долго ещё сможет терпеть, не зная её вживую. Сколько сможет хранить правду. И, главное, думает ли она о нём так же часто, как он о ней.
Бриджит.
10
КТО-НИБУДЬ, ВЫТАЩИТЕ, ПОЖАЛУЙСТА, ЭТОТ НОЖ ИЗ МОЕЙ СПИНЫ. ЧТО-ТО НЕВЫНОСИМО НЕУДОБНО.
Большая часть рабочего дня проходит так же, как и всегда: утренние отчёты по продажам и отгрузкам, проверка статусов производства, запрос обновлений у дизайнеров. Плюс аккуратное составление писем и ответы нужным людям — теперь я втройне внимательна к деловой переписке. Не думаю, что каждое случайное нарушение делового этикета будет заканчиваться так же удачно, как знакомство с Уиллом, поэтому стараюсь не рисковать.
К счастью, спустя почти четыре месяца в Sartoria я, кажется, наконец вошла в привычный ритм. Конечно, не без сбоев: то проблемы с фабрикой или поставщиком материалов, то кто-то ошибётся при вводе данных, и всё нужно исправлять. Но работа вовсе не скучная — скорее, как большой DIY-проект: нужно просто доверять процессу, как говорится. Это увлекательно и требует умения быстро решать задачи, мгновенно менять курс, когда что-то идёт не по плану. А в этом и есть прелесть — как в игре.
Я влюблена в свою работу. Хотя, возможно, ещё больше в то, чем она может стать.
Когда встреча с Stevenson уже на подходе, я разочарована, что Лена так и не упомянула моё предложение. Я передала его ей две недели назад и с тех пор не услышала ни слова. Значит, на встречу мы идём со старым планом — который, на мой взгляд, совершенно неправильный. Хуже всего то, что на этот раз к нам присоединяются генеральный директор и вице-президент, а значит, всё должно быть идеально. Но я уже заранее знала, что не обойдётся без проблем, ведь сегодня утром Уилл сказал, что их команда всё ещё недовольна нашими ценами.
В отчаянной попытке хоть что-то изменить я решаю поднять вопрос прямо перед встречей, когда мы заканчиваем подготовку шоурума.
— Лена, вы успели проверить расчёты и данные по моему предложению? — спрашиваю я, голос предательски дрожит. Надо бы всё-таки поработать над уверенностью.
— Прости, что не ответила раньше, — вздыхает она. — Я показала твоё предложение Дженне — оно действительно было отличным. Но она сказала, что не заинтересована в изменении стратегии. Я попробовала настоять, но она пообещала «подумать». А это у Дженны значит «нет». — Лена хлопает меня по плечу. — Но идея была хорошая. Даже отличная. Завидую, что за двенадцать лет работы здесь сама не додумалась.
— Понятно, — киваю я, пряча разочарование.
— Зато это доказывает, что у тебя отличное чутьё, и ты проявила инициативу. Теперь я вижу, что тебе можно доверять больше. — Лена улыбается — редкость, от которой у меня теплеет в груди.
Но, в конце концов, гордость за хорошо выполненную работу не всегда способна накормить, правда?
— Великолепно. Просто великолепно, — говорит Айрис, директор по мерчандайзингу компании Stevenson. — Мне нравятся обновления в коллекции. Вживую всё выглядит ещё лучше.
Наш главный дизайнер сияет от гордости, ловя похвалы.
— Вот почему я и хотела увидеть всё лично, — продолжает Айрис. — К сожалению, у нас всё ещё есть сомнения по поводу цены. Может, стоит выбрать другой материал, подешевле, если мы собираемся сохранить текущую розничную стоимость?
Наша генеральная директор Саша поднимается со своего места, снимает с вешалки замшевую куртку и протягивает её Айрис.
— Айрис, потрогай эту кожу. Правда, почувствуй. А лучше примерь. Это не какая-нибудь второсортная марка, где экономят на материале ради прибыли. Мы не хотим, чтобы о нас думали так — и вам тоже не стоит. Не нужно завышать цену ради большей наценки, оправдывая это названием бренда. Напротив, нужно оправдывать имя. Покупатель должен радоваться, что потратил эти деньги на качественную вещь от известной марки. Ты ведь знаешь, что такое лояльность к бренду — вот так она и формируется, и сохраняется. Не уподобляйся модным домам, которые поднимают цены и снижают качество, лишь бы заработать больше. Да, это бизнес, но хоть немного честности в нём должно оставаться, правда?
Ого.
Айрис надевает куртку — мягкую, цвета горького шоколада, идеальную для осени, и проводит ладонями по ткани, будто невольно признавая её качество. Глубоко вздыхает.
— Ты же знаешь, мне всё ещё приходится иметь дело с молодым Лиамом. С тех пор как он вошёл в компанию, мы воюем с поставщиками без передышки. Мы просто не можем уступить.