Это трудно и отнимает последние силы, но у меня получается. Я слушаю своё сердце и следую его совету: пора отпустить и идти дальше.
Я повторяю это себе снова и снова, нанося последние штрихи макияжа перед свиданием с доктором Слоуном. Мы не идём в какое-то пафосное место — просто в его любимый мексиканский ресторан на Лоуэр-Ист-Сайде, — но это первое свидание почти за год, если не больше, и я хочу выглядеть достойно.
Когда домофон в моей квартире подаёт сигнал, я впадаю в панику. Доктор пришёл на десять минут раньше, а я ещё далеко не готова. Волосы в полном беспорядке, и я не дорисовала левую стрелку, а это не то, что делается за пару секунд. Это требует времени. Внимания. Абсолютной тишины и концентрации. И, возможно, пары молитв. Стрелку нельзя просто «накинуть» — не если хочешь, чтобы она была острой, как клинок.
Вздохнув, я нажимаю кнопку домофона.
— Я ещё не готова, так что могу впустить тебя наверх? Прости, но ты минут на десять раньше пришёл!
Ответа нет, но я слышу, как открываются ворота. Я отмыкаю входную дверь и оставляю её приоткрытой, рискованно в этом доме, но плевать, и бегу обратно в ванную доделывать макияж.
Я слышу, как открывается и закрывается входная дверь, слышу мужские шаги, приближающиеся к квартире.
— Я сейчас буду готова, и тогда можем идти! — кричу я.
— С кем ты разговариваешь?
Моя рука замирает на полпути со стрелкой, когда я слышу голос Уилла Джейкобса. Результат — стрелка теперь выглядит так, будто я член команды «Суперсемейки».
Я тихо ахаю, всё тело напрягается.
— Какого черта он тут делает? — шепчу я себе под нос.
— Эм, ты в курсе, что дверь в ванную открыта? И квартира у тебя маленькая. Прямо-таки крошечная. Так что твой «шепот» отлично слышно. И, думаю, ты прекрасно знаешь, почему я здесь, иначе не стояла бы столбом, не в силах даже обернуться. — По его голосу ясно: он злится. И, честно говоря, кто его может винить? Я поступила ужасно. Просто исчезла. Так нормальные люди не делают.
Я вела себя ненормально.
Бросаю подводку на раковину и выхожу из ванной и вижу его у двери. Он выглядит чертовски привлекательно. В костюме и галстуке. Наверное, прямо с работы.
Он снова задержался на работе? В пятницу?
Я морщусь, сдерживая желание в сотый раз отругать его за то, что он не ставит своё психическое здоровье выше работы, но тут же осознаю: да я сама, вероятно, часть этого стресса.
— Я… прости. Но сейчас я не могу об этом говорить.
Он плотно сжимает губы, руки сжимаются в кулаки.
— Ты не можешь об этом говорить? Серьёзно?
Я прочищаю горло и смотрю на часы на духовке, мысленно умоляя вселенную задержать доктора Слоуна хоть на несколько минут, пока я не избавлюсь от Уилла.
— Я… должна закончить сборы.
Уилл медленно скользит по мне взглядом, будто впитывает каждую деталь, пытается запомнить, как я выгляжу. Что-то в этой отчаянной жадности его глаз заставляет меня захотеть запечатлеть его выражение в своей памяти навсегда.
— Ты чертовски красивая, — выдыхает он, будто пытался сдержать это и не смог.
— Спасибо. Но тебе нужно уйти. — Я прочищаю горло, дважды сглатываю. — У меня… у меня свидание.
Он резко втягивает воздух. В его глазах — почти отчаяние. Но это не имеет смысла. Всё это не имеет смысла.
— Свидание? Что значит — у тебя свидание? С кем?
— С… доктором Слоуном.
— С кем, черт возьми?.. — Его глаза расширяются, на лице читаются гнев и ужас. — С этим гребаным ветеринаром? Тем самым ветеринаром, который клеился к тебе прямо у меня на глазах и лапал тебя? Он пригласил тебя? А ты согласилась? С ним?
Теперь злюсь уже я. Ставлю руки на бока и делаю шаг к нему, чувствуя, как по венам пробегает жар.
— Знаю, трудно поверить, что кто-то вообще может захотеть встречаться со мной, Уильям. Но да, он пригласил. И да, я согласилась.
Он зажмуривается и сжимает переносицу пальцами.
— Почему ты согласилась? Я думал, мы договорились, что наш «друзья с привилегиями» вариант будет эксклюзивным.
— Ну, ты исчез в пятницу вечером, а он пригласил, и он был очень мил, учитывая всё, что сделал для Джинджер, так что я сказала «да». Ты пропал на следующее утро, не сказав ни слова, так что я решила, что тебе всё равно.
— Ты решила, что мне всё равно?.. Я… я был до черта вымотан. Я пахал как ненормальный всю неделю — ты же знала об этом. Потом у меня было то мероприятие — о котором ты тоже знала, потому что сама там была. А потом я сидел с тобой всю ночь, пока ты рыдала, и ждал звонка из клиники. Я спал всего час, прежде чем мне пришлось сорваться на срочное дело. Я сделал, что должен, потом решил заехать домой, принять душ и переодеться — я ведь всё ещё был в смокинге, если ты помнишь — собирался сразу же проверить, как ты. Я отчаянно хотел знать, как Джинджер и чем могу помочь, но уснул сразу после душа, едва сел на кровать. Я работаю на износ. Ради всего святого, я был настолько выжат, что проспал почти четырнадцать часов. И… — он обрывается на полуслове, делая глубокий вдох, явно сдерживая злость. — Я не хотел исчезать. Это была ошибка, и я пытался её исправить. А вот то, что сделала ты, было намеренно. И это уже второй раз. Первый же признак проблемы и ты сбегаешь.