Глаза Уилла покраснели и расширились. Он сглатывает, голос снова срывается.
— Нет, не сказал бы. Я сказал бы, что ты заслуживаешь большего.
Я киваю сквозь слезы.
— Вот именно.
Когда я вытираю нос тыльной стороной руки, замечаю, что мы уже всего в квартале от моего дома. И это идеальный момент. Я глубоко вдыхаю и долго смотрю на Уилла. Смотрю на него в последний раз — на единственного мужчину, которого я по-настоящему любила, прежде чем уйти от него и от того, что я считала лучшими отношениями в своей жизни.
Уилл
Он всегда знал, что разбить себе сердце собственной глупостью — риск вполне реальный. Но видеть её лицо, в слезах и страдании, оказалось больнее любого ножа. К такому он не был готов.
Кровь стынет в его жилах, а слезы жгут глаза, пока он смотрит, как она выходит из машины. Всё, чего он хочет в этот момент, — пасть к её ногам и умолять о прощении. Но он знает: это не поможет. Теперь ничто не поможет.
Он потерял её навсегда.
32
КАК ЗАЛЕЧИТЬ РАЗБИТОЕ СЕРДЦЕ: ОДНА БАНКА НУТЕЛЛЫ + ОДНА БАНКА АРАХИСОВОГО МАСЛА + СТАРЫЙ ДРУГ
Быть уволенной и расстаться с мужчиной своей мечты в один и тот же день — крайне плохая идея для твоей психики. Если есть способ этого избежать — воспользуйся им. А еще лучше — растяни это во времени. Потому что обычно, потеряв одно, ты можешь хотя бы уйти с головой в другое и отвлечься от боли. Иначе окажешься в моей ситуации: завернувшись в одеяло, лежишь в постели, не помня, когда в последний раз мыла голову, ищешь работу на компьютере и облизываешь ложку, на которой вперемешку нутелла и арахисовое масло (на вкус как растаявший Reese's). Ты зацикливаешься на мысли, какое ты ничтожество, пока твоя кошка смотрит на тебя с осуждением издалека.
И да, неделей позже я всё еще не жалею, что отстояла свои убеждения в разговоре с Леной или что поставила точку с Уиллом, — но это всё равно паршиво.
Я тяжело вздыхаю и смотрю на кухонную стойку, где растет куча извинительных подарков от Уилла. Целая коллекция вещей, каждая из которых напоминает о том, как хорошо он меня знает, или связана с нашими личными шутками. Браслеты дружбы, наброски, роскошное винтажное платье от Oscar de la Renta моего размера, книга о тамбурной вышивке (новая техника, с которой я недавно экспериментировала на секонд-хендной одежде), и цветы. Много цветов — все, разумеется, безопасные для кошек.
Да, они прекрасны и наполняют мою унылую квартиру потрясающим ароматом. Но всё, чем они являются для меня сейчас, — это напоминание о том, что он причинил мне боль. Предал меня. Что мужчина, в которого я влюбилась и которому отдалась без остатка, оказался лжецом. Как и все до него.
— Придется всё это выбросить, правда, Джинджер?
Моя кошка поднимает голову и сверлит меня недовольным взглядом с кресла. Она не понимает, почему Уилл не появлялся уже несколько дней, и, кажется, ненавидит меня за это. Мы обе слишком привязались, хотя знали, что не стоит.
Со вздохом я здоровой рукой снова засовываю ложку в банку с арахисовым маслом, потом в нутеллу и засовываю весь этот коктейль себе в рот.
— Мне срочно нужна работа.
После долгих размышлений и недель жесткой экономии, которые возвращают кошмары из детства, когда мне не всегда хватало еды, я наконец нахожу работу. И пусть это не корпоративный уровень, все же она связана с миром моды. Место, где я быстро раскрываюсь и чем искренне увлекаюсь.
Нужда — мать изобретательности. Это был девиз моего детства. С такой ненадежной матерью я рано научилась выкручиваться из того, что есть под рукой. Именно это развило во мне интуицию и умение нестандартно решать проблемы, когда я работала в Sartoria. Именно поэтому я решаю снова пойти в розничную торговлю — на этот раз в магазин секонд-хенда.
Зарплаты продавца не хватает, чтобы покрыть все расходы, но я использую свою скидку, чтобы покупать те вещи, которые месяцами не продаются, и которые, как я знаю, можно преобразить. Потом я колдую над ними и перепродаю либо в том же магазине, либо онлайн и получаю на этом вполне приличную прибыль.
Это весело, это отличная творческая отдушина, и это почти помогает забыть о том, что на самом деле я абсолютно несчастна.
Потому что так и есть. Несчастна — до глубины души.
Через три недели после нашей ссоры Уилл перестает пытаться связаться со мной. Больше никаких цветов, подарков, звонков. И хотя мне ни разу не хотелось набрать его или написать первой, это убивает меня. Его подарки были единственной ниточкой, связывающей нас, единственным напоминанием о том, что он вообще существует. А вдруг с ним что-то случилось? Что тогда? У нас нет общих друзей, которые могли бы сообщить мне хоть что-то.