— Неужели вы настолько совершенны. Верховный Главнокомандующий, что не можете ошибаться?
— Что касается войны, то да. Но видишь ли, у меня есть другие недостатки.
Одним из них явилась моя неспособность предугадывать будущее. В данном случае был уничтожен компьютерный комплекс на Имперской Сассе.
— Промах, который может всех нас привести к гибели. Если, конечно же, ваш таинственный компьютер Седди не совершит чуда, и в песках Этарианской пустыни не потекут молочные реки, — Синклер сделал паузу. — Не думаю, что вы позволите мне привести в действие Первый дивизион, в случае, если Седди…
— Ради Бога, Синклер. Я вижу, что нож, подаренный мной, все еще висит у твоего пояса… — Стаффа устало отмахнулся. — Когда я давал тебе обещание, то мне и в голову не пришло, что твоя ненависть к Седди столь велика…
— Лучше назвать это недоверием, лорд Стаффа. Седди, вы и ваши Компаньоны слишком дорого мне стоили в прошлом. Макарта, независимо от того, какой компьютер там спрятан, вряд ли будет забыта. — При воспоминании о горе Макарта внутри у Синклера похолодело. В его памяти предстали горы трупов, сваленные в темных переходах, горечь поражения, когда его друзья умирали один за другим в отчаянной попытке штурмовать эту твердыню Седди. Синклер заметил, как мгновенно отвердело лицо Стаффы.
ДА, ТЫ ТОЖЕ ОСТАВИЛ ТАМ ЧАСТЬ ДУШИ, ЗВЕЗДНЫЙ МЯСНИК.
Верховный Главнокомандующий избавился от оцепенения воспоминаний.
— А известно тебе, Синклер, как я рисковал всем ради того, чтобы найти тебя и твою мать? Тогда поиски привели меня на Макарту, так получилось, что мы встретились лицом к лицу. Скажи мне, что может быть страшнее этой шутки квантов?
Синклер проворчал что-то себе под нос, затем спросил:
— Что же ты за непонятное существо, Стаффа? Анатолия была озадачена, разбираясь с твоей генетикой…
— Я — клон, Синклер. Искусственно выведенное человеческое существо.
Человек ли в полном смысле этого слова? Ответ — да! Да — во всех отношениях. Я в здравом уме и твердой памяти. Путем наблюдений и размышлений меняю Реальность Божественного Разума. С биологической точки зрения, я вполне способен производить нормальное потомство, что превосходным образом ты и демонстрируешь.
— Ты — Монстр?
— Думаю, когда-то был им.
— В прошлом?
Стаффа задумчиво почесал подбородок.
— Я горжусь твоим умом и способностями, Синклер. На Тарге ты проиграл по глупой случайности. Можешь ненавидеть меня сколько тебе влезет, но выпало так, что именно нам вместе предстоит выполнить ряд неотложных задач. Во-первых, мы должны поддерживать жизнедеятельность экологических систем Сассы и Риги, мало того — интегрировать их. Во-вторых, нам необходимо прорвать Запретные границы.
Раз и навсегда освободить человечество из ловушки, в которую оно попало.
Синклер сделал глоток бренди, скептически сощурил глаза.
— А как насчет побежденных? Я — твой пленник, чего ты хочешь от меня?
Исполнения твоих приказов. Беспрекословного повиновения? Ты хочешь, чтобы я пал перед тобой на колени, как почтительный сын? Если ты надеешься на это, тогда извини: я слишком много о тебе знаю. Еще никто из тех, по чьим телам ты совершал восхождение к власти, не пел тебе хвалебных песен. У меня богатый опыт общения с твоими разлюбезными Седди. Не знаю, какую игру ты затеял на сей раз, но так просто меня не купишь.
Стаффа склонил голову и прикрыл глаза.
— Это — длинная история, Синклер. Насколько хорошо ты знаешь психологию?
— Думаю, достаточно…
— Используя обучающие машины, структурированное обучение, изменяющееся и закрепляющееся в абсолютно контролируемой среде с младенчества, насколько можно моделировать поведение человека, воспитанного подобным образом?
— С достаточной долей вероятности, но тем не менее гипотетично.
— С какой долей вероятности? Используя все ресурсы Риганской Империи лучших психологов и неограниченное финансирование — насколько успешно можно превратить ребенка в определенный тип человека?
Синклер развел руками.
— Достаточно успешно… но нельзя не брать в расчет и бихевиористическую генетику. У разных людей — разные генетически обусловленные личности. Эта информация записана на ДНК, и путем полового воспроизведения каждое потенциальное потомство имеет от двух до двадцати тех шансов получить данное вариантное сочетание хромосом.
— Но только не тогда, Синклер, если речь идет о клонировании.
Микленианский Претор мог структурировать свою генетическую программу как угодно.