Тарга считалась одной из жемчужин Свободного пространства. Действительно, если посмотреть на планету с орбиты, то вряд ли можно было придумать для нее лучшее определение. Белые облака кружились в водовороте над голубыми океанами, сбивались в пышную пену, разливавшуюся затем над западным континентом желто-коричневого цвета. Треть планеты скрывала плотная завеса темноты, тонкое кольцо атмосферы мерцало на горизонте серебряной дугой.
Синклер стоял перед экраном в своей каюте на борту «Крислы», а память рисовала перед ним великолепные пейзажи Тарги. Он упаковывал личные вещи в тяжелый рюкзак: через несколько часов под его ногами окажется знакомая до боли земля. Руки его двигались с нервозной поспешностью, засовывая в карман батарейки и застегивая множество «молний». Синклер втянул в себя, воздух, и томительный пряный аромат сосен, смешанный с запахом пыли, проник в его ноздри.
Плодородные почвы зеленых долин, покрытые ковром сочных трав и буйных кустарников, давали столько зерна и овощей, позволяли выкармливать столько скота, сколько хваленым землям Эштана даже и не снилось. Горнорудные корпорации добывали металлы, разрабатывая богатые месторождения вулканического происхождения. Осадочные пласты служили источником минералов, которые экспортировались на Ригу и являлись сырьем для ее процветающей керамической промышленности. Несмотря на природные богатства, Тарга оставалась бедной планетой. Многие годы ее сотрясали революции. Промышленные магнаты восхищались красотой и богатством планеты, но свои заводы и поместья вынуждены были располагать в местах с большей политической стабильностью.
ДляСинклера Тарга былапереплетением воспоминаний как удивительно-прекрасных, так и ужасающе-отвратительных. Здесь ему воздалось должное. Каменистая почва Тарги, где равно произрастали и добро, и зло, навсегда срослась с душой Синклера Фиста. И ВОТ Я ВЕРНУЛСЯ.
— Вы готовы, сэр? — приглушенным голосом спросил Мхитшал. Длинное лицо помощника выражало беспокойство. Мхитшал защелкнул автоматические замки походного кейса, в котором находились документы.
— Готов, — как всегда. — Синклер наклонился, поднимая с пола рюкзак. На протяжении всей жизни, какие бы взлеты и падения не готовила ему судьба бедным студентом, солдатом, потом героем Риги и претендентом на Императорский трон — все свое имущество Синклер мог сложить в один единственный походный вещмешок военного образца. Сейчас он повесит рюкзак на плечо и ступит на Таргу, в мир ненавистный и обожаемый одновременно. Далеко внизу его ждет каменистая почва планеты, свидетельница высочайших триумфов и мучительных душевных страданий.
Эта жестокая земли стала могилой для Гретты и еще для очень многих верных солдат Синклера Фиста. Хос, Китмон, Хемлин, список можно продолжать бесконечно.
Там, в Макарте, он будет бродить среди мертвых, переступая через разорванные на куски трупы, пустые глазницы призраков будут следить за каждым его шагом.
Гретта вздохнет в вое вечернего ветра и легким дуновением погладит его по щеке.
Тарга — проклятая, возлюбленная Тарга. Когда-то отсюда правил Браен, цитаделью которого была Макарта. Там он обучил Арту Феру ее грязному ремеслу.
Талантливый Бутла Рет разработал блестящую наступательную операцию против Империи Рига, и Синклер Фист предал Рета и его армию атомному забвению возле Веспы.
Фист остановился в дверях, сжав переносицу большим и указательным пальцами. Его грудь готова была взорваться от внезапно нахлынувшего прилива чувств.
— С вами все в порядке? — забеспокоился Мхитшал.
— Сколько это длилось, Мхитшал? Немногим более Имперского года? Всего лишь галактическое мгновение… миг вечности. Так много боли там, внизу.
— Я знаю, сэр.
Синклер туже затянул ремень рюкзака.
— Было ли все это на самом деле, Мхитшал? Или нам только приснилось?
— Простите, я не понимаю?
— Война на Тарге. Обещание лучшей жизни, процветание Риганской Империи.
Боль, смерть и страдания. Надежда, честолюбие и предательство. Было ли это на самом деле?
— Да, сэр, было, — Мхитшал смотрел на Синклера обеспокоенными глазами заботливой матушки. — Вы в порядке, сэр? Может, немного переутомились…
— Я прекрасно себя чувствую, Мхитшал. Прекрасно, как никогда, — Синклер устало вздохнул, приложил ладонь к панели замка и вышел в мерцающий белый коридор. Неслышными шагами Мхитшал последовал за ним. Мысли Синклера были заняты видениями, явившимися из другого времени, когда он был молод, глуп и непобедим.