— Что же я скажу призракам на Макарте, Главнокомандующий? — Синклер закрыл глаза. Лицо его было мертвенно-бледным.
— Что ты сдержал обещание: простые люди, такие, как они, никогда больше не будут погибать по прихоти честолюбивых политиков. Умершие позволили выиграть время. Разве ты не будешь переживать больше, если они погибли зря?
Синклер кусал губы, наблюдая за тем, как увеличивается бело-голубой шар планеты на экране монитора.
— Да, Главнокомандующий, именно по этой причине меня мучают по ночам кошмары: если они погибли напрасно?
— У меня тоже есть проблема с кошмарами. — Стаффа перевел взгляд на монитор, следя за снижением штурмового корабля на внутреннюю орбиту. — Уверяю тебя, твои призраки уснут спокойно, как только мы стабилизируем обстановку в Свободном пространстве и вернем людям мир и надежду.
— А ваши призраки когда оставят вас в покое, Главнокомандующий?
Губы Стаффы скривились, сосредоточенный взгляд серых глаз был прикован к монитору, на котором их корабль, попав в атмосферу планеты, ярко заблестел.
— Когда я сломаю Запретные границы и освобожу человечество из этой ловушки, Синклер. Мои грехи куда более тяжкие.
Глава 20
Это заставило меня проснуться среди ночи. Оно прервало мой сон, и я поднялся, чтобы все записать, потому что боюсь забыть до утра. Сновидения — это нечто удивительное. Они не считаются с границами, в которые зажат здравый смысл, не подчиняются никаким правилам, они выпускают на волю подсознание.
Во сне я снова видел себя ребенком. Я играл в нулевом гравитационном поле, вращающемся вокруг своей оси, на Седьмом Терминале. Когда я был маленьким, то очень любил забавляться с парой бинарных шариков. Такие есть у всех детей, живущих в районах с низкой гравитацией. Вам, конечно, знакома эта игрушка: два шарика, соединенные между собой тугой пружиной. Если шарики растянуть в разные стороны, а потом отпустить, пружинка сожмется, и шарики, стукнувшись друг о друга, вновь отскочат, в разных направлениях. В местах с низкой гравитацией шарики долго продолжают забавный танец, притягиваясь и отталкиваясь друг от друга, замедляя свое движение по мере возрастания силы трения. Или, если совокупная энергия остается неизменной, они просто висят в пространстве, слегка покачиваясь, несмотря на то, что пружинка стремится сжаться.
Во сне я подбросил, шарики, и они, прыгая то туда, то сюда, внезапно погнались за мной через всю станцию, рикошетом отталкиваясь от стен. Шарики явно преследовали меня. От этого я и проснулся. Меня разбудил ужас того, что безобидная детская игрушка начала охотиться за человеком. И, кажется, я понял смысл моего сна. Разгадка состоит в том, что очевидно, мне удастся исполнить величайшую миссию всей жизни. Я сумею найти способ и сломать Запретные границы.
Разумеется, если мне удастся выяснить, как изготовить бинарные шарики огромных размеров!
Отрывок из личного дневника Ди Уолла.
— Ну что ж, посмотрим… выглядит совсем неплохо, — проворковала Или Такка, когда компьютер закончил анализ базы данных. — Диана де ла Луна.
Физические данные почти совпадают. Группа крови, строение тканей, даже химические коды похожи. А вот и еще одна удача: в настоящее время она работает в Эштанском Представительстве на Веге.
Арта выглянула из-за плеча Или, чтобы посмотреть на ту, о ком шла речь.
— Она даже немного смахивает на тебя, а если бы у тебя волосы были вьющиеся, то вы были бы похожи еще больше.
Или отмахнулась.
— Внешнее сходство вовсе не так важно, как дерматография, ретинальные отпечатки и химический код. А для этого мне нужна хорошая лаборатория.
— Эштанская лаборатория — одна из лучших. — Арта прижала палец к подбородку, просматривая информацию на экране монитора. — Мы здесь и так задержались.
— Тебя раздражает пребывание на Тергузе? Или не нравится скрываться? — Или подняла вопросительный взгляд на подругу. — Тебе наскучило, что я не разрешаю тебе выходить на улицу и охотиться на мужчин?
— Может быть. — Арта отвернулась и отошла в сторону.
Тонкое просвечивающееся платье бронзового цвета всколыхнулось на ней легкой волной. Развернувшись на каблуках, она остановилась царственная, словно, богиня, и внимательно посмотрела на Или.
— Да, больше всего мне надоело спать одной. — Гипер не доставляет мне никакого удовольствия, но над его пенисом стоит попотеть. В будущем это может принести немалые дивиденды. Иногда, Или, у меня возникает впечатление, что ты переоцениваешь возможности секса, его власть.
Твердой рукой Или Такка оттолкнулась от стола и откинулась на спинку гравитационного кресла.