Синклер бросил нервный взгляд на низкий потолок, угрожающе нависший над ними. Интересно, на какой глубине они сейчас находятся?
— Осталось совсем немного! — прокричал Стаффа.
— Что? — на лице Синклера появилась недоуменная гримаса. Он жестом попросил Главнокомандующего, стоявшего у самого завала, перегородившего взорванный туннель, подойти поближе. — Мне не слышно ни единого слова, и того, что ты говоришь.
Стаффа кивнул и пошел назад. Синклер повернулся и заметил Эдну, занявшую свое привычное место у него за спиной. Когда она успела? Когда они выходили на поверхность, эта девушка становилась почти такой же невыносимой, как Мхитшал.
Наконец проходчики пробили завал у боковой галереи, высота которой не превышала трех метров.
— Осталось совсем немного, — повторил Стаффа, показывая на груды породы, перемалываемые шредерными механизмами. — Я специально приказал тогда взорвать этот проход, чтобы риганцам не удалось найти его, в случае, если бы они сумели вернуться.
— Вернуться?
Стаффа искоса посмотрел на сына.
— В тот момент я полагал, что Тибальту наверняка захочется заполучить то, что осталось. Или Такка обязательно сделала бы это.
— А как обстоит дело с архивами? Когда прибывает команда по расконсервации? Завтра?
— Да. Хочешь, пойдем взглянем на галерею?
— Здесь нет ничего интересного, — Синклер повернулся и пошел вперед по извилистому коридору. Выступы и неровности на поверхности стен наводили его на мысль о том, что он путешествует по какому-то гигантскому кишечнику. Лязг металла и дребезжание работающих механизмов становились глуше с каждым шагом.
Свет распределялся ровно и ярко освещал базальтовые стены и потолки пещеры. Откуда берется энергия? Даже воздух здесь свежий, словно работают кондиционеры.
— Энергию поставляет линия Мэг Комма, — ответил Стаффа, остановившись и сцепив руки за спиной. — Его мощности хватает на всю Макарту. Во время мятежа Браен сильно перепугался: электроэнергия отключилась, потому что были обрезаны линии связи. Когда ты приказал, начать бомбардировку туннелей с орбиты, осветительная сеть тоже вышла из строя. Они подключили все линии к Мэг Комму…
Вообще-то, Седди считают, что эта установка использует энергию ядра планеты.
Неистощимый источник… его невозможно отключить.
— Как ты себя чувствуешь, Главнокомандующий? Скоро тебе придется решать, что делать со всем этим.
Стаффа нахмурился.
— Да, у нас до сих пор нет никакого представления, что делать дальше. А что ты думаешь, Синклер?
— Не знаю. Я хочу вначале посмотреть. — Он пожал плечами. — Может быть, мы зря беспокоимся. Эта штуковина просто пошлет нас подальше и скажет, что у нее полно своих дел, а мы не лезли бы в чужие.
— После того, как Браен вступал с ним в контакт, не думаю, что такой вариант возможен. Магистр считал, что в Машине кроется злой дух.
Синклер склонил голову набок.
— Подожди. Пока мы в своих предположениях не зашли слишком далеко, давай проанализируем все возможные ситуации. Эта Машина — всего-навсего компьютер, пусть даже самый сложный и совершенный.
— Правильно.
— Машина, несмотря ни на что, остается машиной. Она не может двигаться и не может физически воздействовать на окружающий мир.
— Но она способна вести наблюдения, которые изменяют действительность на уровне квантовых частиц и, тем самым, влияют на естественный ход событий.
Синклер хмыкнул.
— Но ведь она не может двигать камни, манипулировать материальным миром?
— Насколько мы знаем, нет.
— Тогда наше самое слабое место в том, что мы должны доверять ее инструкциям об устройстве жизни в собственной цивилизации. Именно в этом наше уязвимое место в отношениях с Машиной.
— Да еще — моя голова. Что, если защитный шлем окажется неэффективным?
Если эта штука втянет в себя мой разум, в ее распоряжении окажется уйма информации, явно неблагоприятной для многих. И она сможет использовать ее против людей!
— Ты заранее приписываешь Мэг Комму злобные намерения. Твои слова предполагают, что Машина запрограммирована на то, чтобы вредить людям. Но даже если это и так, все равно Машина не может соревноваться по интеллекту с человеком. Разве она сумеет осознать проблемы эвристического характера, если начнет действовать против нас? — Синклер распростер руки. — Допустим, что она враждебна к людям, но тогда это проявится в каких-нибудь глупых приказах, например, не выращивать зерновые для нашего населения в следующем году.