Доктор уже успел выдать Ане успокоительных капель, так что она не рыдала или что-то в этом роде, а просто смотрела в окно с безучастным видом, сидя в кресле.
— Здравствуйте, — тихо сказал Кайлен и уселся на стоящую рядом с креслом банкетку, заглядывая ей в лицо. — Меня зовут Кайлен Неманич, я частный сыщик, расследую смерть Ласло Адронеску по просьбе Клары Андронеску.
— Ласло?.. — взгляд Аны сделался осмысленным и сосредоточился на Кайлене. — Думаете, это… вот это… — она нервно повела рукой в неопределенном направлении, — … связано?..
— Возможно, я пока не могу быть ни в чем уверен, — все так же тихо и очень спокойно ответил Кайлен и взял вдову Штефан за руку, пристально глядя ей прямо в глаза. Так всегда было проще, вместе с прикосновением. И ни в коем случае не отводя взгляда. — Для того, чтобы понять точно, мне требуется собрать больше сведений, и для этого мне очень нужна ваша помощь…
— Хорошо… я… что именно вам нужно?.. — неровно вздохнув, спросила Ана.
— Да как вы это делаете?.. — очень тихо пробурчал себе под нос Шандор, стоящий за креслом с блокнотом в руках. Вдова его вряд ли услышала, а вот Кайлен — вполне.
Не то чтобы Шандор не знал, как. Это был возглас тихой беззлобной зависти к тому, чего он сам не мог. А жители холмов — могли как нечто само собой разумеющееся: совершенно любые их чувства и переживания, так или иначе, воздействовали на окружающих людей и животных. Если кто-то из добрых господ радовался, остальные радовались вместе с ним, если злился — все вокруг или тоже злились, или пугались, сильнее, чем напугались бы гнева человека.
А когда кто-то из народа холмов нарочно хотел произвести определенное впечатление, действие эбед усиливалось в разы. И, в придачу к этому, чем сильнее был эбед, тем более притягательным казался его источник. Так родились все легенды о невероятной завораживающей привлекательности народа холмов. Которая между ними самими ничуть не была сильнее обычного, это было лишь средство общения. Они ощущали эмоции друг друга, но под очарование и влияние, в отличие от людей, не подпадали.
Кайлену сейчас было нужно, чтобы Ана Штефан успокоилась и сосредоточилась, так что он сам старался быть самым спокойным и сосредоточенным существом во всем Кронебурге — и держал все ее внимание на себе, неотрывно. Фаркаша, стоящего рядом, вдова в эту минуту почти не замечала.
— Я задам вам несколько вопросов, постарайтесь на них ответить точно, как можно подробнее, ничего не упустив, — попросил Кайлен. Ана покивала, глядя на него так же неотрывно, как он на нее. — Не случалось ли вчера вечером или сегодня утром чего-нибудь необычного? Меня интересуют любые мелочи, что угодно, что шло не так, как всегда.
Она отрицательно помотала головой.
— Нет. Все было совершенно как обычно, мы поужинали, легли спать, ночью нас ничего не беспокоило, никто не будил. Потом я проснулась… Я все время просыпаюсь раньше Камила… просыпалась, — она судорожно вздохнула. Кайлен успокаивающе погладил ее по руке:
— Не волнуйтесь, не спешите, рассказывайте, как можете.
— Все было так же, как всегда… до тех пор, пока… Пока мы не услышали его крик. — Она ненадолго зажмурилась, снова вздохнула и, открыв глаза, опять пристально уставилась на Кайлена. Ему можно было уже не слишком стараться: Ана сама станет смотреть на него, потому что ее это успокаивает.
— Вы видели тело? — дав ей немного успокоиться, задал Кайлен следующий вопрос и взял ее руку второй рукой, зажав кисть между своих ладоней. Крепко, уверенно. — Не торопитесь, отвечайте, как сможете.
Ана слегка нахмурилась, немного помолчала и кивнула.
— Он лежал у кровати… будто встал, поскользнулся и упал… Но нет, он уже успел одеться… Я не знаю, зачем он пошел к кровати и почему кричал. Я не понимаю…
— Мы сделаем все возможное, чтобы выяснить, в чем дело, — заверил ее Кайлен. — Спасибо, вы сейчас очень в этом помогаете. Скажите, а не случалось ли чего необычного за последние несколько дней, или даже неделю?
Она закусила губу и нахмурилась сильнее.
— Несколько дней назад на Камила напали бандиты… — задумчиво проговорила Ана. Шандор от души хлопнул себя ладонью по лбу, видимо, только сейчас вспомнив этот случай. А Кайлен весь подобрался, как хищник перед прыжком. Это могло быть зацепкой. — Не думаю, что этот случай имеет…
— Все может иметь отношение к случившемуся. Прошу вас, рассказывайте!
— Он шел вечером домой, и его какая-то шпана подкараулила в подворотне… Они его просто с кем-то перепутали, точно вам говорю! Камил говорил, они ему сказали, мол, это тебе чтобы знал, к кому лезть не следует. Но он ни к кому и не лез! Заверял, что понятия не имеет, о чем шла речь… Они ему разбили губу, еще несколько раз ударили и сбежали. Благодари Господь того прохожего, который ему помог успокоиться и остановить кровь… Всегда есть и жестокие, и добрые люди, вот тому свидетельство.