— Так вы знаете, что это за дрянь!
— Само собой, знаю… но история паршивая. Это липовское колдовство, разумеется, подпактное. Очень-очень сильно подпактное, потому что сами видите, что творится…
— Так а почему я ни о чем таком не знаю?..
— Потому что, Шандор, ты онгурец, а не липовец. Иначе сам бы уже догадался, всем липовским детям эту сказочку в детстве няньки и бабки рассказывают. Нужно найти ежа…
— Какого ежа⁈
— Обычного, лесного. Выследить его до норы, а потом, когда он уйдет, натыкать у входа в землю толстых длинных гвоздей, как частокол. Еж вернется, увидит, что вход в нору закрыт, убежит и вскоре придет обратно с травой в пасти. Коснется он ей гвоздей — и они рассыплются в пыль…
— В черную?.. — повторил Шандор недавний вопрос Кайлена.
— Именно, в черную. Тут надо хватать ежа и отбирать у него траву, которая называется расковник или детелина, или отвор трава. И с ее помощью ты сможешь отпирать любые замки.
— Так что, липовские колдуны и впрямь ежей в лесу ищут⁈
— Нет, конечно. Я же говорю, это сказочка. Сам знаешь, таких в народе много — поверх крупиц настоящих знаний за время существования Пакта чего только ни напридумывали. Про ежа неправда, а про траву — правда, ее можно добыть. И наш вор знает, как это сделать.
— То есть, он липовский подпактный колдун, — самым мрачным тоном заключил Шандор. — Ума не приложу, зачем ему дома грабить потребовалось…
— Может, у него жажда приключений, как у Корнелиу, — пожал плечами Кайлен.
— Корнелиу ничего не ворует, только перепродать втридорога пытается, — возразил Шандор.
— Может, карточные долги… Мало ли что там может быть. В любом случае, это не ко мне: вам в Надзоре будет куда проще всех липовцев по своим спискам проверить и выяснить, кто из них причастен.
— М-мхм, — задумчиво ответил Фаркаш, упрев подбородок в кулак, посидел так с полминуты, а потом наконец спросил: — Так что там с вашим убийством, Неманич?
Оказывать посильную помощь полиции и Надзору всегда было полезно: в ответ они сразу были больше готовы помочь тебе.
— Ласло Андронеску.
— Так его же удар хватил?..
— Понятно, этим занимался не ты и даже подробностей не уточнял, — кивнул Кайлен и вкратце рассказал про визит вдовы и про странности, которые в смерти Ласло присутствовали.
— Ну, да… что-то в этом есть, — без особой уверенности ответил Шандор. — А от меня-то вы чего хотите, Неманич?..
— Подробности осмотра тела. И список всех вещей, которые были при нем.
— А-а-а, — наконец понял Шандор. Мысли его, по всему, были сильно заняты вором с отвор травой, обычно он соображал быстрее. — Ну, трудно вам придется… его Мунтяну осматривал.
Кайлен поморщился: в отличие от Шандора, сержант Мунтяну был не притворным, а самым настоящим материалистом, который «во всю эту чушь» не верил, а к Кайлену относился весьма пренебрежительно, как к «бесящемуся от безделья» дворянскому отпрыску. И капитан Фаркаш почти ничем помочь Кайлену не мог, поскольку на публику всегда выражал полную солидарность со взглядами своего подчиненного.
— Что ж, Мунтяну так Мунтяну… — Кайлен вздохнул, смиряясь с неизбежным. — Какие у меня еще варианты?..
Долговязого сержанта было заметно издалека: он возвышался над собственным столом, как колодезный журавль.
— Мунтяну! Поди-ка сюда! — крикнул ему Фаркаш. — Дело есть.
Рядом они смотрелись забавно: коренастый, плотный капитан и длинный сержант, будто наполовину состоящий из одних ног.
— Господин Неманич, вам чего опять у нас понадобилось? — сразу же поинтересовался Мунтяну. В отличие от Фаркаша, он всегда обращался к Кайлену так, как положено обращаться к дворянам, не забывая вставлять «господин Неманич» почти в каждую свою реплику. Но уважения или хотя бы обычной вежливости в этом не было ни капли.
— Он тебя хотел про Ласло Андронеску расспросить.
— А чего, пошли слухи, что он из могилы встал? — Мунтяну сухо хихикнул.
— Меня наняла его вдова, — невозмутимо пояснил Кайлен.
— Для проведения спиритического сеанса? — продолжил веселиться сержант.
— Для уточнения обстоятельств смерти.
— Обстоятельства смерти такие, господин Неманич: его хватил удар.
— Мунтяну, ты осматривал тело, — Кайлен принципиально никогда не обращался к сержанту по званию. — Какие вещи при нем были?
— Ничего, что могло бы вас заинтересовать, господин Неманич: ни гадальных карт, ни птичьих костей, ни тайных знаков…
Кайлен усмехнулся. «Если тебе, Мунтяну, подклад сделают, — подумал он, — ты даже не поймешь, что это такое. Даже похихикать над этим не сможешь. Потому что какой идиот будет делать подклад похожим на подклад? Он должен выглядеть как обычная вещь…» Он еще каплю поразмыслил — и не стал к этому добавлять чего-нибудь вроде «не приведи Господь» или другой фразы, отменяющей действие сглаза. Случится — значит, случится. Глядишь, у сержанта после этого веселья немного поубавится в организме, большая польза будет.