Книга, подобная «Отвратительной тайне» представляет из себя особый жанр – апокриф. Например, известен в переводе на многое языки апокриф польского писателя Генрика Паниса «Евангелие от Иуды», о котором с похвалой отозвался Ярослав Ивашкевич. Потому что это тоже литература, где представлены живые герои, действовавшие в реальных обстоятельствах своего «безбожного времени».
Никакого схематизма нет и в новом, я бы сказал, роскошном романе Валерия Баранова, который читается одним духом. И, кроме того – поднимает щетину на спине. Вопросы добра и зла, бога и дьявола. Откуда всё это взялось на Земле. Как возникла иллюзия того и другого. Что такое шахматы? По мнению современных и древних мудрецов… «В этом…2018 году возникло напряжение. Стеной стоит чёрный огонь у стены белого огня».
Так заканчивает свой написанный в порыве вдохновения роман Валерий Баранов.
… Добавлю; книга получилась художественная и одновременно философская – так много всего она объемлет. Не видение.
Поэт, член Союза писателей
России: Владимир Соколов
18 марта 2019 года
ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА
ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА
Предлагаемый читателям детективный роман «Отвратительная тайна» не претендует на какую-либо историческую откровенность. Если уже завтра мне пришлось бы отвечать за свою писанину перед каким-нибудь строгим судом (Гёте в таких случаях не оправдывался, а показывал пальцем на звёздное небо: «Вот моя совесть!»), то мне бы пришлось признаться, что в романе я не достиг тех высот нежности, страсти и роскоши – где над читателем властвует гений и поэзия. Я полз к читателю как змей, по чёрным травам моего бреда и вымысла.
Если уже была написана рок-опера про Иисуса Христа, то почему бы и не написать детективный роман? Тем более что Иешуа (Иисус Христос) в моём романе, совсем не главный герой, даже не второстепенный.
Второстепенный герой – это скорее демон Максвелла: «Все птицы, что летают в под-небесье, все рыбы, что плавают в воде, все дики звери, что рыщут по лесам; обретают могилу в нашем желудке. Вот и спросите себя, отчего мы умираем столь быстро! Мы уже и живём, как мёртвые»… Эти слова Мусы-вольноотпущенника подтверждают, что наяву мы живём как во сне.
В этом детективном романе меня интересует не религия евреев и не ненависть всех великих римлян к Иерусалиму. Меня, всего лишь интересует одна отвратительная тайна.
Тогда на Востоке евреев ненавидели все, не только римляне. Et quasi cursors, vitae lampada tradunt; если нам импонирует наше величие или наше прошлое, то это ничтожное доказательство тому, что бог небесный и бог преисподней когда-то снизошли и вошли в нашу плоть, и в кровь.
Апулей пишет: «Я приближался к границам смерти и, достигнув порога Прозерпины, я возвратился оттуда уносимый через все элементы (элементарные духи земли, воды, воздуха и огня). В глубинах полночного часа я видел солнце, сверкающее великолепным светом и при этом освещении увидел богов небесных и богов преисподней и, приблизившись к ним, я отдал им дань благоговейного обожания». От кого Апулей тогда уже знал о Демоне Максвелла?
В иудаизме такого знания нет вообще, там полное отрицание всего потустороннего. Для евреев нет никакого существования после смерти и поэтому у них нет других богов, кроме одного какого-то незримого существа. А вот римляне чужим богам поклонялись охотно, если считали это для себя выгодным и ещё они презирали всякий религиозный экстаз.
Молиться, бесноваться, бичевать всех своих пророков и вопиять к богу - казалось им бессмысленным и унижающим человеческое достоинство. По словам Вергилия: «…богам не нужны чувства людей, богам нужна дань в виде пролитого вина и рассыпанных зёрен, в виде крови и дыма от сжигаемых под открытым небом внутренностей, жира и костей жертвенных животных». А мясо жертвенных животных римляне богам не отдавали, а съедали сами. Ни каких самоограничений и молитв-обещаний у них не было (я дал тебе, чтобы ты дал мне): я приношу тебе жертву с соб-людением формальности ритуала, а ты должен выполнить мою просьбу.
Из-за одного невидимого для них и страшного существа-Бога опыт времени для евреев не существует. Бог – это факт, а не привязанный к факту соблазн, комментарий. Века и поколения протекали для евреев бесплодно. Можно даже сказать: история еврейского народа ни с чем не связана, ничего не объясняет и ничего не доказывает.