В центре интересов Тейяра де Шардена находился, по его собственным словам, феномен человека, а не еврейские мифы. На этом пути он оказывается в конфликте с церковными влас-тями, потому что, защищая принцип строгой научности, выступал против моногенизма, провозглашённого в энциклике Пия ХII «Humani Generis». Поэтому самые важные работы знаменитого антрополога оказались засекреченными, а сегодняшние исследователи и философы вынуждены пользоваться только отрывками, приводимыми его учениками и последователями: М. Н. Вильдье, К. Кэно, П. Шушаром, Мадлен Бартелеми-Мадоль и другими.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
После Апокалипсиса новую теорию апостола Павла приходится резюмировать приблизительно в следующих словах: «Этот мир есть царство тьмы, то есть Сатаны и его адских сил. Царство света – будет царством святых. Святые же святы не собственными заслугами, а только благодаря тому, что Бог вменяет им заслуги Иисуса Христа». До Христа евреи, как слуги Сатаны были врагами Бога, и их следовало уничтожить, но уже в Апокалипсисе мы читаем, что уничтожаются все люди на земле, кроме евреев.
Следует ли после этого считать историю исключительной областью действия таких личностей как Наполеон, Гитлер, Сталин? Манифестацией разрушительной деятельности Сатаны? Эти вопросы ставились уже первыми христианскими философами (Василидом, Валентином и Маркионом). «Не присутствовать в земной истории – значит искать смерти…», эти слова Ж. Маритена подчёркивают тройственный характер земной истории, являющейся областью деятельности «как бога-творца и сата-ны, так и человека». Человеческой личности всегда будет сопутствовать страх перед Сатаной, потому что человек полностью и неотвратимо обречён на нестерпимую необходимость доказывать Богу причину своего собственного существования вплоть до мельчайших подробностей. Нужны ли примеры, нужно ли напоминать о понятии и роли Бога, или о званиях и погонах Иисуса Христа, которые часто присваиваются королям, Наполеону или Сталину?
Может быть, нам опять ссылаться на такие традиционные события, как на крестовые походы за гробом господнем, или на «походы за демократией» США против СССР?
Сатана, Бог, Иисус Христос не существуют вне общества. Можно, конечно себе представить, что они, как (апокалипсисы) создаются одинокой личностью, выключенной из среды мыслящих, обладающих даром существ острова Патмос, но это будет случай настолько исключительный, что им займутся уже не сочинители детективов (такие как я), а писатели-фантасты или люди, исследующие психические отклонения.
Апокалипсис – что же это всё-таки за произведение, и какого оно литературного жанра? Откровение, предсказание, манифест, исповедь? «Я привык, - признаётся Гёте, - претворять в образы, в поэзию всё, что меня радует, печалит и мучит. Все мои произведения – фрагменты одной большой исповеди».
Заканчивая своё детективное расследования я вынужден сравнить «Апокалипсис» с «Populorum Progressio». В энциклике папы Павла VI «Populorum Progressio» («О прогрессе народов», Рим, 26.03.1967), в её 87 параграфах затронуты такие темы, как христианская концепция человека, развитие человеческой личности и другие важнейшие проблемы современного мира, за решение которых мы все несём ответственность. Не случайно библиография по вопросам энциклики «Populorum Progressio» насчитывает несколько десятков тысяч больших работ, не считая мелких заметок и информаций.