Что я могу сказать в утешение? Разве что повторить слова Сократа: «Я ничего не знаю, да и знать ничего нельзя и не нужно». Не хочет тут спорить и Владимир Соловьёв: «Утешение, решительно ни на чём не основанное. Истинная духовная нищета не утешается сама собою, между нею и утешением лежит скорбь о своём состоянии: «Блаженны плачущие, ибо они утешатся». И этому евангельскому плачу не противоречил смех Сократа, выражавший не радость о своей нищете, а лишь осуждение мни-мого богатства. Объявление о своём незнании было для Сократа лишь первым началом его искания. Духовная нищета вызывала в нём духовный голод и жажду: «Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся» - новое согласие истинной философии и истинной религии, эллинской и еврейской мудрости».
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Иисус Христос ни разу в жизни не улыбнулся… из-за этого Чарльз Дарвин написал специальную работу «О выражении эмоций», в которой доказывает, что улыбка у человека врождённая. Одним из аргументом его было, что Лора Бриджмен всегда улыбалась, разговаривая. Действительно странно! Такой большой учёный, как Дарвин, не проверил факты, не выяснил, что эмоциям надо учиться, и дело это не простое. Достаточно вспомнить о мимических масках Соколянского (в некоторые вещи не поверишь, пока не увидишь их в зеркале). Поразительно! Собрать такой громадный материал о происхождении видов на Земле, внимательно изучить эту многотомную информацию, осмыслить – а с человеческой улыбкой ошибиться.
Всё дело в поисково-ориентировочном рефлексе человека: «А, ты знаешь, какие это авторитеты: Дарвин, Моисей! Поди, поспорь с ними…» Каждое их слово отлито в бронзе. И всё-таки находят люди в себе смелость идти наперекор авторитетам. Не раз и не сто раз им пришлось всё взвесить и передумать, прежде чем выступить против того, «что Земля плоская». Зачем нам этот безусловный рефлекс перед авторитетами? Может, он тоже вроде дарвинской улыбки? Ведь главное в учении самого Дарвина – выживает лишь то, что нужно, целесообразно. Остальное эволюцией отсеивается.
Книги Моисея: Исход, Бытие и т.д. Платон считал «недоразумением без начала и конца». Однако! Все мысли Моисея - это первые десять глав книги Бытия, где он бездоказательно и лично провозглашает пошлость: «всё, что имеет начало, должно иметь и конец». Пифагора Книги Моисея даже не заинтересовали. Его не возмутило и дилетантское отношение Моисея к философии, тем более что Моисей не был евреем и ему, было, потом не стыдно за свою писанину, да и для египетских жрецов не было никакой чести сообщать грекам или римлянам, что Моисей принадлежал к их среде. В чём дело? Читаем Бытие, первую книгу Моисея, с чего катавасия начинается: «В начале Бог сотворил небо и землю. Земля же была безвинна и пуста, и тьма над бездною… И сказал Бог: «…да будет свет. И стал свет и т д.». В те времена для римских и греческих писателей, философов, да и простых людей такой текст означал полное невежество автора, или умысел безумца. Моисей украл Бога у эллинов и отдал евреям. Но, Моисей ещё и раздел и изнасиловал эллинского бога, откровенно… специально для евреев, лишил Бога его имени, внешности, числа, смысла.
Вернёмся в начало нашего романа, где в день казни Иисуса Христа на пиру у Пилата сидят и разговаривают его гости, и в их числе… Каратериос, философ-киник (ученик Диогена), который говорит: «А чему тут удивляться? Для меня удивительно лишь только то, что когда еврей живёт, каким бы богатым или ничтожным он не был, он думает, что только он один и живёт, а все остальные – наказание для его жизни или смерти. Еврей не верит в существование Истоков, что праотец всего – Хаос, что Гея, земная твердь, заполнила пустоту Хаоса, который в одиночестве создал Эреба – мрак и Нюкту – ночь. Мужское и женское олицетворение тьмы. А вместе они породили своих светоносных детей – Эфира и Гемеру. У евреев нет поэтов, философов, а вместо актёров – колдуны и проповедники».
Даже в те давние времена всем было известно, что свет – это признак, свойство любой материи, как дерево и внутренности жертвенных животных в огне для Бога. Что тьма – это сама материя, и никто тогда не ещё думал, кроме евреев, серьёзно относиться к сказкам Моисея. А евреям именно тогда надо было иметь такого невидимого и примитивного Бога для борьбы с Римом.