— К тебе или ко мне?
Она издаёт легкий стон.
— К тебе…
Это больше похоже на правду.
Хорошо, что я попросил горничную сменить постельное белье, верно? Я ловлю такси, и мы вваливаемся в него, вцепившись друг в друга. Как только мы оказываемся внутри, Элла забирается ко мне на колени. Её платье собирается на талии, когда она обхватывает ногами мои бёдра. Сейчас она нацелилась на пуговицы моей рубашки.
Фан-блядь-тастика.
Наши губы встречаются: мы целуемся, наши языки дико танцуют, а затем она откидывает голову и потирается о мой ствол. Я гаркаю водителю адрес и скольжу пальцем в её горячий влажный ротик. Эти совершенные губки жадно посасывают его, имитируя будущее наслаждение.
Христос, я умру прямо здесь.
Я кладу ладони ей на грудь и играю с её сосками. Через ткань платья, чувствуя затвердевшие бугорки. Прелесть.
Шевелю бровями.
— Девочкам тесно, Элла. Я должен выпустить их.
Я скольжу руками по её спине и ищу застёжку, наслаждаясь каждым изгибом её тела. Элла хватает мои руки и направляет их ниже.
Её мягкий голос дрожит, когда она касается передней части платья.
— Попробуй здесь.
Святые угодники.
Белые. Кружевные. Трусики.
Прозрачный перед которых позволяет мне увидеть аккуратную стрижку. Слабый стон предвкушения вырывается из моей груди, когда я глажу двумя пальцами её промежность.
Она сочная. Мокрая. Готовая для Слэйда.
Оттягиваю край её трусиков и погружаю пальцы в неё. Её тело извивается, пока я исследую ее. Продвигая пальцы дальше, резко толкаюсь в неё. О, это непередаваемое ощущение - чувствовать каждую пульсацию её прекрасного тела.
По моему лицу скользит гордая ухмылка, Элла Брайант бьётся в экстазе на моих коленях!
— Господи… так хорошо… не останавливайся…
Я и не собираюсь, дорогуша.
Ты думаешь, я не знаю, где искать точку-G? Подумай-ка получше. Ещё будучи мальчишкой я получил скаутский значок за ориентирование на местности.
Такси останавливается возле моего дома. Я бросаю водителю деньги, и мы вываливаемся наружу.
Обнимаю свою красотку за талию и веду её через вестибюль. Консьерж заговорщически подмигивает мне, когда мы проходим мимо. Он уже знает, что делать, мы проходили с ним это тысячу раз.
Я вызываю лифт. Через пару мгновений двери открываются, и мы шагаем внутрь. Гляньте-ка на неё, она уже трахает меня своими большими прекрасными глазами.
Три... Два... Один...
Как только двери закрываются, мы набрасываемся друг на друга, словно дикие звери. Её руки рыщут по моему телу, от груди, мимо живота, и к паху. Она начинает потирать мой бугор сквозь брюки, отчего он твердеет, словно поражённый молнией.
Сейчас мы оба задыхаемся. Она запинается, когда говорит мне:
— Просто знай, что я презираю себя за то, что мы сейчас делаем...
Я наклоняюсь к ней и беру ее запястья.
— Абсо-бля-лютно. Так и должно быть, мисс Брайант.
Она дышит в моё левое ухо.
— Ты отвратителен.
— Ты тоже великолепна.
Я приподнимаю её левую ногу, и она крепко обхватывает мою талию.
Страстно целуясь, мы спотыкаемся и выкатываемся из лифта прямо к моей входной двери.
Элла продолжает стонать мне в ухо, в то время как я пытаюсь попасть ключом в замок.
— Я надеюсь, ты сможешь мне показать, почему они назвали коктейль в твою честь...
Я пинаю дверь, словно ковбой, заходящий в салун, и мы валимся на пол, в объятиях страсти лаская друг друга. Элла тянется вниз и пытается снять туфли.
— Даже не думай! — предупреждаю я. — Оставь этих крошек.
Мои глаза пожирают её совершенное тело. Я потрясён. Как избалованный ребёнок утром на Рождество.
Сиськи или киска?
Я не знаю, который из подарков развернуть первым.
Элла запускает руки мне в волосы. Я беру её на руки и отношу на кухонный стол.
Приспособьте ваш акваланг, Слэйд, вам предстоит глубокое погружение.
Если я не возглавлю её список холостяков, то наложу на себя руки.
Мы всё ещё тяжело дышим, пока я нежно устраиваю податливое тело Эллы на столешнице. Её ноги инстинктивно падают, готовясь впустить меня. Чудесно. Беру её правую ногу и закидываю себе на плечо.
— М-м-м… Алекс …
Усыпаю её лодыжку поцелуями, прокладывая путь через икры вниз к её кремовым бёдрам. Полагаю, уже пора сказать вам, что я любитель ножек? Ну, этих ножек, в этих туфельках? Ёбаный стыд.
А затем её стоны затихают, и она лежит, тихо предвкушая. Элла знает, что последует.
А вы в курсе, что язык - самая крепкая мышца человеческого тела?
Это правда.
Наблюдайте.