Помимо важности предстоящего разговора, Онар так же понимал, насколько красноречивым будет его молчание и как воспримется его нежелание как-то комментировать убийство городского стражника. После долгих и глубоких обдумываний, совет старейшин решил, что пока всё же стоит выказать своё понимание случившегося в соответствии с общественным мнением. Тем более что этот разговор проходил за закрытыми дверьми.
Надо сказать, что Бешен оказался в аналогичном положении. Он так же тщательно обдумывал то, с какого ракурса ему нужно представить свое видение этой ситуации. Сейчас, в этом зале приёма, он мог не придерживаться общественного мнения, так же как мог и не вдаваться в тщательный анализ поведения банды орков. Ему просто нужно было представить ситуацию так, чтобы не осложнить жизнь своим гражданам.
- Я пригласил вас, чтобы выразить своё соболезнование по поводу смерти ваших сородичей и попросить прощение за действия своих стражей. - с горечью произнёс Бешен вслух, а его внутренний голос прозвучал лишь у него в голове: - (Попробуй сказать то же самое в присутствии братьев убитого эльфа).
- Не извиняйтесь. - попросил Онар - Ваши стражники поступили так, как должны были поступить. Эти орки получили по заслугам. Наша община не считает их за своих родичей. - он говорил с печалью, но вспоминал, как прикрыл лицо руками, когда стража разделалась со всеми бандитами, потому что не смог сдержать улыбку.
- Я понимаю, что мои люди должны были только задержать преступников, а потом передать на ваш суд. Мне жаль, что всё обернулось иначе. - (А те воины, которые попали под обстрел, не согласятся с тем, что прежде чем убить бандитов, должны были сначала попробовать взять их живьём). - слова Бешена продолжали расходиться с его мыслями.
- Напротив, наш род благодарен вашей страже за то, что она избавила нас от необходимости исполнить тот приговор, который мы бы сами им вынесли. - Онар не стал объяснять, как поступают в их общине с убийцами, но дал понять, что отряд дворцовой стражи сделал преступникам одолжение, лишив их жизни на месте - Ведь мы все вместе живём в одном городе и должны дорожить нашими дружественными отношениями. А тот, кто посягает на них, должен понести за это наказание.
- Конечно, Вы правы. - подхватил Бешен - Я не позволю находиться в этом городе тому, кто вздумает разжечь межрасовую розню.
В ответ на эти слова Онар склонил голову и прикрыл лицо руками.
***
Самый просторный район Эллера, на улицах которого даже птицы чувствуют себя свободно, сегодня оказался центром печали и скорби. Из-за вывешенных траурных ленточек и одежд жителей этих улиц, он оказался окрашен в жёлто-коричневый цвет. Это цвет не золота и не Солнца, это цвет завядшей осенней листвы, именно он по представлениям эльфов символизирует смерть. Не всегда эльфы Эллера провожают в Асгард своих братьев и сестёр с таким открытым почтением, но смерть доблестного воина, защитившего мирного гнома, вызвала искреннюю печаль у жителей разных районов города.
На эти широкие улицы вышли жители эльфийского района, а так же на них в этот день оказались люди и гномы. Все они перемешались между собой в общем собрании на площади Памяти. Здесь, перед памятником павшим воинам, изображающего лучника, пронзённого стрелами со всех сторон, пришедшие почтить память стояли с веточками ясеня в руках. Памятник павшим воинам был возведён на пьедестале, который с передней стороны переходил в небольшой помост, предназначенный для речей и ритуалов.
Хоб был один из многих, кто следил за тем, как эльфийский жрец всходит на эту сцену, чтобы выразить слова скорби. Его голос был слышен всем на площади Памяти, хотя говорил он спокойно и размеренно. Такую акустику нельзя объяснить ничем, кроме как магией.
- Сегодня мы провожаем нашего брата в Асгард. Предки не ждут, чтобы забрать к себе достойных. Достойных они забирают у нас сразу. Наш брат удостоился их милости, и мы будем им гордиться, ибо его смерть оказалась не напрасной. Он пожертвовал жизнью, чтобы защитить того, кому потребовалась защита, не смотря на его происхождение. Наш брат не знал, как высоко будет оценена его доблесть. Он не знал, когда умирал, что не только эльфы будут за него молиться. Гномья община причислила его к лику своих героев, а мы все понимаем, насколько высока эта честь...
Хоб вслушивался в эти слова жреца, и на душе у него становилось легче. Ведь когда понимаешь, что подвиг того, кто спас тебе жизнь, стал известен многим, немного меньше чувствуешь на себе груз вины за его смерть. Хоб слышал в этот момент не только слова жреца, но и тех, кто стоял рядом с ним. Пришедшие почтить память обменивались фразами шёпотом и не думали о том, что Хоб стоит от них на расстоянии слышимости.