— Дерьмо!!
Тут не выдержали нервы Антона и он завопив, бросился куда-то в сторону оттолкнув Машу, но ему на пусти встретился Попов, что быстрым и резким ударом сбил его на землю, заламывая руку.
— Отпусти урод, мы все тут сдохнем, отпусти!!!!
— Ярцев, сделай что угодно, так чтоб мы их видели! Остальные приготовились. У них луки, кто со слабой броней встает за щиты, беречь лицо и шею. Распределить секторы огня. Ярцев какого хрена ты копаешься?!
А я судорожно пытался придумать что мне делать. Ну от куда я знаю что тут можно сделать?! Тут в памяти начали всплывать руны, что мне показал Аркх. Одна за одной. То что мы не видим их, это скорее следствие какого-то заклинания. Значит… Руна рассеивания. В голове четко престает образ руны. Я пытаюсь направить к ней свой магический поток, но не выходит. Тогда я пальцем в воздухе начинаю чертить эту руну и как ни странно, передо мной возникают линии, которые остаются висеть в воздухе. С первого раза мне не удалось это сделать, я допустил ошибку и смахнул все рукой, линии рассеялись в пространстве источая мельчайшие синие искорки, я начал по новой. В ангаре слышался шорох, упало несколько металлических предметов.
— Огня не открывать! Только после того как будет визуальный контакт с противником. Сыч, твой тот что блокирует дверь, сними его первым!!!
Я закончил, наконец, дочерчивать руну в воздухе, вот последний штрих, она засияла словно множество маленьких синих искорок в ней течет по кругу, руна засветилась чуть сильнее и ничего большего. Тогда я влил в нее своей энергии и как бы толкнул вперед. Руна засияла и налилась синим цветом, немного проплыв вперед, а потом превратилась в волну, которая разлетелась по всему ангару.
В ангаре тут же стало светлее, вернулись нормальные звуки. На нас обрушился шквал повизгиваний и тявканья, удары железа о железо, несколько наконечников отлетело от наших щитов. И тут ангар взорвался выстрелами. Спецура, короткими и быстрыми очередями начала класть гнолов, как в тире. Тот с копьем, что удерживал нашего бойца, отскочил в сторону и залаял. Откуда то слева в нас понеся крупный, больше баскетбольного мяча, огнешар.
— Вспышка слева!
Зажмурившись я безумно захотел оказаться в защитном шарике, где никто до меня не сможет достать, ведь я отчетливо чувствовал опасность от несущегося в нас фаербола, но куда-то отпрыгнуть я уже не успевал, ибо был в самом центре нашей формации. Я хотел жить, я хотел защититься. Спустя мгновение мы услышали грохот, пахнуло жаром и на этом все. Я открыл глаза, перед нами стоял барьер и я узнал рассеивающуюся руну защиты. Спустя мгновение барьер спал.
— Береза, вынеси этого уё**а в балахоне!!!
Мария переключилась на стрельбу по невысокому гнолу слева, что действительно был в балахоне и палкой напоминающей посох. Но пули его не могли достать, словно в метре от него меняли свою траекторию и уходили в рикошет в разные стороны. Гнол же в балахоне выставил свой посох вперед и что-то лаял.
— Перезаряжаюсь. — Сказал Потап, который был чуть впереди меня и спрятавшись за щит, быстрым движение перезарядил свой автомат.
— Вспышка спереди! Берегись!!
— Перезаряжаюсь!!! — Возбужденно крикнула Мария.
В этот момент в щит воткнулась молния, прилетевшая от куда-то спереди. Но вопреки всему, мы уже готовились прожариться от электрического разряда, но она ударила в щит Томми и на расстоянии в десяток сантиметров от щита вспыхнуло еще одно защитное поле, руны на щите засияли синим гася заклинание. Погасив его полностью, краска руны почернела и слзла с щита. В этот момент Потап из подствольника положил гранату сзади еще одного гнола в балахоне, что находился метрах в 30 от нас спереди. Тот особенно громко взвизгнул, откинутый ударной волной в нашу сторону, упал на землю и затих.
У нас остался последний противник, которого до этого держала пот плотным огнем Маша. К ней присоединились и остальные. Шаман гнолов, а по видимому это был именно он, продержался недолго, спустя несколько мгновений, он вначале опустился на одно колено, из его пасти вырвался комок крови, а спустя еще мгновение, щит, который он держал, спал и в его тело вонзились злые свинцовые осы разрывая его чедушное тельце на куски. В отличии от своих сородичей, он не обладал выдающегося телосложения. В ангаре повисла тишина, запах пороха, горелой шерсти, дерьма и крови. Береза не выдержала, отвернулся назад к выходу и ее вырвала у двери. К ней присоединился Сыч. Антон давно валялся под нашими ногами в отрубе. Сквозь эту тишину даже я услышал, как гарнитура у шмеля взорвалась громким матом, требуя выйти на связь и доложить статус.