– Знаешь, Энн… мне тебя жаль. Всё могло бы быть хорошо, а ты со мною враждуешь. Завидуешь тому, что у меня есть такая собака?! Да, этому бы стоило позавидовать. Челси действительно моё солнце, то, что заставляет меня радоваться каждой секунде и каждой минуте. Я люблю её, а она любит меня. Да, это в самом деле так. И я не думаю, что всё плохо. Всё замечательно!!! Правда! Вот честное слово, всё замечательно.
– ОТСТАНЬ ОТ МЕНЯ!– послышался голос Энни.– Я тебе правда завидую… не знаю, как реагировать на тебя… у тебя прекрасная собака, а моя… моя не слышит меня совершенно. Я хочу, чтобы мы стали подругами, но боюсь, ты меня не примешь…
– Мы можем дружить.
– Правда?!
– Да.
– Ты готова к тренировке?!
– Подождём других девочек.
– Ладно. Ждём.
– А ты выходи сюда, Энн.
– Твоя… Челси… она набросится на меня и съест.
– Нет! Да и вдобавок, она уже спит на полу.
– Ладно.
Дверь отворилась, и в коридор вышла Энни. Она и Вероника сели на пол, после чего Энн промолвила негромко:
– Прости за вчерашнее. Зависть, чтоб она исчезла, ужасна. Я правда, даже не осознавала, что делаю…
– Всё в порядке.
– Ладно… команды твоя Челс знает?
– Не проверяла.
– Узнаем сегодня.
– Скорее всего, нет…
– Ладно.
– Ей пять лет. Вот такая вот не очень-то и приятная история с моей Челси.
– Ты же говорила, скоро будет шесть!
– Да… но не сейчас же!
– Ага…
– Будто бы ты только узнала! Словно вчера я тебе ничего такого не говорила, вот правда…
– Нет, но… так близко вчера мы не общались.
– Я вчера тебя возненавидела, честно тебе говорю. После того, что ты выгнала Челс… просто…
– Я всё понимаю… приму, если ты скажешь, что не готова даже разговаривать со мной. Я правда всё пойму и не буду обижаться. Я не из таких, Вероника. Я из таких, что всё понимают… можешь поверить. Правда. Обещаю, всё будет хорошо… я пойму, если ты больше никогда не захочешь меня видеть… для некоторых ведь собаки важнее людей… оно и ясно. Многие собаки лучше всех людей на земле, причём вместе взятых… например, я и Челси. Челс намного лучше. И я… я… я… не напрашиваюсь на комплименты, я в самом деле так думаю… правда… извини, если обидела. Я не хотела… ладно, прости.
– Энн… я буду с тобой общаться, слышишь? Всё хорошо. Я буду с тобой общаться. Могу сказать это ещё миллион раз, я просто хочу, чтобы ты поверила в это. Энни, я тебя не брошу. Мы теперь подруги.
По щеке холодной Энни потекла тёплая слеза. Девушка улыбалась. Улыбалась и плакала. Уже не одна слеза пробежала по щеке тренерши, их уже было превеликое множество. А Верка тоже улыбалась. Челси же не переставая, тёрлась об одну и об другую. Она признала Энн. Признала её своей. Признала, что та её не обидит. Но Вера и Энн не обращали внимания ни на что. Ни на то, что все ученицы со своими собаками пришли в зал, ни на что-то другое. Они сидели на полу, держась за руки, и смотрели друг на друга. Вероника чувствовала тогда, что нашла свою подругу. Причём лучшую. Да, именно лучшую подругу. На тот момент девушке казалось, что её лучшая подруга, что была до знакомства с Энни, просто не была ЛУЧШЕЙ ПОДРУГОЙ. Значит, всё правильно, что дороги Сашки и Вероники разошлись… Верка смотрела на плачущую Энн и никак не могла понять, искренние ли её чувства, но смотря девушке в глаза, Вероника могла сказать «Да. Да, чувства Энни искренние!». Да… и после этих мыслей Вера тоже разразилась слезами. Они плакали, всё также держась за руки. Пять минут. Пять минут прошло от урока. Но девчонкам было всё равно. Сердце Вероники колотилось, и она ревела. Не знала, как ещё выразить свою радость… только лишь слёзы. Вера будто бы разучилась говорить, и лишь эмоции могли показать то, что Вероника действительно чувствовала в тот момент. Верка соврала, если бы сказала, что это была радость… это не была радость… это было что-то безумное. Что-то, что она никогда не чувствовала. Это было больше, чем радость. Намного больше. Верка и Энни молчали, пока доберман не позвонил в звонок, и две девушки не услышали возмущённые вопли озлобленных учениц.
Вероника Доричева и Энни, чьей фамилии Вера пока не знала, поднялись с пола. Затем они кивнули друг другу и пошли в зал.
– А ты точно знаешь все команды?– спросила Верка, когда девушки уже шли к другим девчонкам.– Или соврала?
– А зачем мне врать?– вопросом на вопрос ответила Энн.
– Ну, знаешь ли, я не знаю. Правда не знаю. Да… я без понятия. Хочу тебе верить, да пока что не могу… мы и знакомы два дня.