-Воздух!!! - прохрипел оборотень, и я убрал руку с его шеи.
Он шумно по-звериному задышал, вывалив язык из пасти.
Глаза мои уже стали привыкать к темноте. Я стал различать очертания каменных стен.
Тогда я снял с пояса кусок веревки и быстро соорудил из него простейший намордник.
-Слышишь?! Язык не прикуси! - сказал я, и сжал ему пасть пальцами металлической перчатки.
Оборотень зарычал, но я привычным движением накинул петлю и затянул намордник.
-Уф! - выдохнул я. - Будешь драться, получишь в ухо! Не вздумай удрать! Вставай!
У него не получилось. Пришлось помогать ему подняться.
Я с трудом забросил его на плечи. Он не сопротивлялся, только шумно пыхтел через нос.
Не сказать, что оборотень был очень тяжелый, но и у меня сил осталось совсем не много.
Я еще не понял, переломал я себе пальцы или нет, когда вцепился за спасительный выступ в скале, и всё ли нормально у меня с суставами рук.
Но разбираться с этим можно было и позже.
Сейчас нужно было не дать умереть этому проклятому волкочеловеку.
Тяжело дыша, я дотащил его до места, где песок под ногами перешел в скалистые обломки. Впереди забрезжила тонкая полоса света.
Скорее это был даже не свет, а менее плотная темнота.
-Там выход из ущелья? - спросил я своего пленника.
Он что-то тихонько проскулил.
-Ну, допустим. - ответил я. И потащил его вперед.
Я оказался прав, и уже через пару минут вокруг стало ощутимо светлее.
Но пришлось прошагать еще не меньше пяти сотен шагов прежде, чем я разглядел ровную площадку без острых камней, где можно было сделать привал.
-Все! Приехали! Слезай! - я сбросил с плеч оборотня, и он мешком упал на землю.
Теперь, в свете предутренних звезд, я смог его рассмотреть получше.
Он уже начал возвращаться в свой людской облик, морда стала заметно короче, но веревка еще каким-то чудом продолжала связывать его пасть.
Ниже шеи он выглядел, как обычный, довольно худой человек с голым торсом, в потертых кожаных ноговицах и мокасинах.
Все его туловище было исполосовано многочисленными порезами от стальных когтей. Моя работа.
Я снял свою боевую рубаху из шкуры бизона, украшенную магическими знаками народа «Семи костров».
-У меня целебные повязки. В сумке. Там наверху. - сказал я.- Если бы ты не сбросил нас обоих... в эту чертову пропасть…
Под боевой рубахой, я носил рубаху бледнолицых, из английского хлопкового сукна.
Я быстро стащил ее с себя и начал резать на бинты, так быстро, как только мог. Когти моей перчатки зазубрились и затупились, поэтому дело шло плохо. Пришлось разрывать ткань руками и зубами.
-Эй зверюга! Не вздумай сдохнуть! Вспомни своих жен и детей! - сказал я ему, надеясь, что в нем уже больше человеческого, чем звериного.
Я кое-как перетянул ему раны и снова забросил его себе на плечи.
Мое тело будто пронзило током. Нужно было быстрее выбираться наверх.
Вся та боль, которую я заблокировал, обрушится на меня, как поток, ломающий плотину. Если я совсем выбьюсь из сил и потеряю сознание.
Вот тогда, точно конец. Очень болезненный и мучительный.
Я переставлял ноги, как можно быстрее. Но все равно, я понимал, что еле плетусь с черепашьей скоростью.
Бросить этого чертового полузверя здесь, и налегке подняться к лошади?!
Пока я вернусь, пока найду сумку… этот тощий оборотень либо помрет сам, от потери крови, либо его растащат по кускам какие-нибудь ночные твари… А это значит, что это всё зря. Все мои мучения и раны.
Ну уж нет. Осталось несколько сот ярдов… или метров… что там короче? Пусть будут ярды.
Когда я упал на землю в третий раз, я понял, что у меня не хватит сил, чтобы выйти из этого каменного мешка.
Я сел, упершись спиной в спину оборотня. Он уже еле дышал. Я взял в руки свистульку из орлиной кости, которая висела у меня на шее.
«А что, если, тут нет пологого спуска для лошадей?» - подумал я, и выдохнул весь воздух из легких в свистульку.
Громкий потусторонний звук разнесся над ущельем и у меня перед глазами снова поплыли цветные пятна.
Нет. Не терять сознания! Держись. Нужно немного отдохнуть и подышать, а потом повторить зов.
Я снова зажал в зубах свистульку, когда услышал глухой топот копыт где-то в отдалении. Топот пронесся мимо…