«Одно неверное слово, одно неверное движение – смерть. Доверие подорвано. Удостоюсь ли я воскрешения или впереди лишь забвение?»
- Говори. – Потребовал эльф. – Постарайся объяснить, почему ты пошел на вероломство?
Глава 42
- Я… я и вправду не смог совладать с соблазном. – Раскаленный до красна посох выпал из ослабевшей хватки древнего мага, звякнув о камень пола. – Новый мир, новые драконы, новые возможности… так я считал. Жажда, стремление к завершенности, к идеалу, затмили мой разум. Вновь. – “Змей” закрыл глаза и склонил голову. – От чего-то мне казалось, что в этот раз все получится, словно какая-то искусная иллюзия помутнила разум.
Алголон замер неподвижно, напрягшись всем телом, готовясь начать действовать в любое мгновение.
«От огня я защищен максимально, этот аспект силы Изурегаса мне абсолютно не страшен, но тайная магия может сыграть со мной злую шутку. Нужно быть готовым бороться с целым ворохом контролящих заклинаний…»
- Я начал пить кровь дракона. – Сознался придворный маг. – Сначала по капельке, следом по паре… пока не добрался до полных кубков. Каждый глоток придавал мне сил, дарил всплеск эмоций, начинало казаться, будто мне все по плечу. – Осторожно, дабы не спровоцировать, “драконид” поднял куру ко лбу и тряхнул головой. – Магия бурлила во мне, подталкивая к действиям. Но вместе с тем я понимал, что ничего не добьюсь столь примитивными действиями, потому начал действовать… Требовалось нечто большее, чтобы подтолкнуть мое несуразное тело к дальнейшим трансформациям и я прибег к алхимии. В одном из трактатов по трансмутации я подчерпнул высший круг концентрации и… добился некоторого успеха.
В лаборатории установилась тишина.
- Продолжая. – Потребовал бывший игрок.
Подняв голову и открыв глаза, Изурегас медленно погрузил правую руку в пространственный карман и извлек из него стеклянный бутыль, практически под самое горлышко заполненный желтой, похожей на жидкое золото, жидкостью.
- Пятнадцать литров крови местного дракона смешанные с тремя литрами крови первого Отца драконов, сконцентрированные до объема стандартного флакона. – Качнув бутылочкой, древний маг на мгновение замер, жадно наблюдая за танцем жидкости. – Я назвал это зелье, если вообще можно так выразиться, Золотой кровью.
- Бутыль ослепительно “пылает” магией. – Произнес эльф, немного зажмурившись и покрепче перехватив копье.
- Я хотел выпить Золотую кровь, но ваши слова, владыка, произнесенные за столом во время пира, вернули мне ясность мысли. – Поставив фиал на бортик ванной, в которой “вызревал” мифрил, древний маг облегченно выдохнул и расслабился, сняв с души огромный груз. – Я раскаиваюсь. – Произнес он, развернувшись к дракону. – Мои действия граничат с предательством, а нарушенная клятва достойна лишь всяческого порицания. Накажите меня, владыка.
- Что же… - Бывший игрок выпустил Погибель из руки, однако, все еще оставался готовым к бою. – Ты во всем признался сам. Подозреваю, именно для того меня и позвал к себе. Я не могут тебя наказать или убить за раскаяние, но отправлю на помощь Грамдару. Собери всех учеников, не занятых критически важными проектами и возьми с собой. Пора бы и тебе немного повоевать, развеяться да отдохнуть. Вечером я посещу Драконий клык и оглашу задачу.
- Понял. – Изурегас глубоко поклонился. – Тогда я немедленно начну собирать учеников.
- Ступай. – Владыка Цитадели махнул рукой и в следующее мгновение остался один.
Тяжело выдохнув, Алголон поднял подрагивающие руки к лицу.
«Правильно ли я поступил? Как вообще нужно наказывать настолько… взрослых детей? Игрушки не забрать, по заднице не отшлепать... Остается только разговор? Но, если слова окажутся не эффективны? Смогу ли я убить кого-то из младших страже?» - Еще раз сосредоточив внимание на дрожащих руках, эльф увидел ответ.
- Насколько же проще было в прежнем мире… - Пробормотал Первый Страж, понуро подходя к ванной на которой стоял фиал. – Да, у меня не было нынешних силы и власти, однако и проблем было гораздо меньше…
Подхватив бутыль, дракон телепортировался к себе в кабинет.
«Как непривычно тут находиться без компании Рейнхарта» - Отметил он, присаживаясь за свой стол.
Из пространственного инвентаря тут же была извлечена записная книга и открыта на последней закладке.