— Как ты тут? Не обижают? — спрашиваю.
— Работы много, но всё интересно, — отвечает она. — Плюс перспектива есть: можно в Британию поехать. Половина акций ведь у англичан, и если себя покажешь…
— Это не секрет? — изображаю беспокойство.
— Нет, — спокойно отвечает Оля. — И не секрет, что у тебя тут какой-то вес. По крайней мере, наш Гордон Бэнкс — управляющий от иностранцев — тебя очень уважает. Не расскажешь, как это боксёр и депутат может пригодиться банкиру? — лукаво прищурилась она.
— Я с его родственником знаком, ещё с Московского фестиваля. Ян Севелин. Пересеклись как-то, общаемся, — ответил я, сказав лишь часть правды. — Кстати, я тут надолго. Может, сходим куда-нибудь?..
И зачем я это предложил? Времени кот наплакал, а главное — что мне с ней делать? Вызнавать «внутреннюю кухню» банка? А оно мне надо?
— Посмотрим, — уклончиво ответила Оля, поправив очки. — И в гости позвать не могу: мы с однокурсницей однушку снимаем. Тесновато, но всё лучше, чем в общаге: свой туалет, своя ванна! Балкон опять же — курим там.
— Оля, проводки за вчера принеси, — вдруг раздался из-за двери старческий голос, который я узнал. Главбух банка, Осип Иванович — наш красноярец, протеже Шенина.
— Анатолий Валерьевич? Извините, не заметил, что вы тут! Как дела на родине? — обрадовался он.
— Да всё хорошо, спасибо. Как вы сами? Здоровье, работа? Банк, вижу, процветает.
— Да, слава Богу, есть ещё порох в пороховницах, — бодро отозвался главбух, ничуть не смутившись, что поминает Бога при коммунисте, да ещё и, можно сказать, всуе.
То есть сразу два косяка. Но ему простительно: человек он замечательный. В порту нашем речном на нём всё держалось. Сейчас вот иногда на бюро разбираем разные ситуации — вроде той с гостиницей на плаву, где и ценник безбожно задирали, и гульбища всякие устраивали.
— Я сам сбегаю. Общайтесь, Олечка, — попытался не мешать нам Осип Иванович.
Но всё равно пришлось расстаться: подъехала машина от Власова, и мы с Малышкиной попрощались.
— Как тебе без твоей милой живётся? Соскучился или ещё не успел? — встретил меня вопросами Власов, когда меня прямиком провели в его кабинет, подвинув очередь в приёмной. — Садись, чай пей. Кофе ты не любишь, знаю, поэтому не предлагаю.
— Что-то срочно? — с удовольствием отхлёбываю я ароматный напиток.
— Срочного — ничего, — покачал он головой. — Но недавно было заседание ЦК. После него у меня состоялся разговор с Михаилом Сергеевичем. Не по твоему поводу — вопросов было много, спектр широкий. Но среди прочего речь зашла о новой депутатской группе. И вот совпадение: твой друг Ельцин там не на последних ролях. Да что уж там — он и Сахаров считаются самыми авторитетными.
— Ну, он и меня туда зазывал. Я, разумеется, отказался, — наябедничал я, давая понять, что не одобряю оппозицию.
— Возможно, зря, — осадил Власов. — Меня попросили намекнуть, чтобы ты вступил в неё. Нам нужно понимать, что там за процессы происходят.
— Хм…, а мне это зачем? — нагловато спросил я и тут же прикусил язык.
Ведь, если это просьба лично Власова, то отказаться некрасиво: он достаточно много мне помогал и помогает. Что, мне трудно, что ли? Неудобно — это да: я ведь в Красноярске, а не в Москве.
С другой стороны, там полно людей из регионов, но если хочешь быть в курсе новостей, то, конечно, надо перебираться в столицу. Уже в декабре откроется второй Съезд народных депутатов, и там МДГ заявит о себе громко, это я помню из прошлого.
А ещё припомнил, что Сахаров совсем скоро умрёт. Ну, помрет и помрет. Тут уж я помочь ничем не смогу. К тому же это не Цой, которого постараюсь вытащить всеми силами, ярого антисоветчика спасать у меня ни малейшего желания.
— Квартира в Москве, двушка в приличном районе. Должность — или у меня, в Совете министров РСФСР, или вообще на Старой площади местечко. Сначала, может, и не почётное, но под моим присмотром, да приглядом генсека лет через пять… — мечтательно развернулся Власов.
«Хренать, — подумал я про себя. — Лет через пять вас обоих уже слышно и видно не будет».
— А учёба? А Шенин меня отпустит? — спрашиваю вслух.
— Шенин… — протянул Власов. — Он коммунист и партийную дисциплину понимает. Да и дадим что-нибудь вместо тебя взамен… Например, сотню тракторов МТЗ. Я слышал, вашему краю заявку срезали. Ха-ха-ха! — раскатисто загоготал он. Видно, мысль о том, что Штыбу меняют на тракторы, показалась ему жутко смешной.