Выбрать главу

– Сложный человек, – сказал Генподрядчик. – Ну что же. Спасибо за предупреждение. Так как с ним связаться?

– Вот, – незнакомец вытянул мятый листок из кармана. – Тут вся последовательность, направленная на организацию встречи. Опасности, повторю, никакой, но в конечном счете от ваших грамотных действий…

– Давайте, – сказал Генподрядчик.

На листке, исписанном синей ручкой с красными подчеркиваньями, значилось:

«ВСТРЕЧА С ИСТОЧНИКОМ

Мужской вариант

Для успешной встречи вам понадобятся два зеркала, две свечи, одна сосиска и тест из женского журнала».

– Это все в наличии? – спросил Генподрядчик, отрываясь от инструкции.

– Вот тест, – достал незнакомец. – Зеркала и сосиска со свечами будут вам предоставлены на месте.

– «Сосиска заворачивается тестом и с обоих краев надежно скрепляется скрепками либо скобами для степлера №24». Есть? – спросил Генподрядчик. – «Зеркала устанавливаются напротив друг друга, в образовавшуюся анфиладу помещается подготовленная заранее сосиска в тесте. Обращаем особое внимание пользователей на то, что из помещения должна быть заблаговременно удалена вся фрейдистская литература. В присутствии фрейдистской литературы сосиска в тексте полностью теряет свою эффективность». – Удалена? – спросил Генподрядчик. – «В полночь интервьюер, обрамленный свечами, усаживается перед анфиладой и начинает ждать, когда зеркало затуманится и серный дым побежит от свеч. Тогда надо трижды повторить слова: “Информатор мой, информатор! Ты приди ко мне рядком присесть, сосиску съесть!” и ждать ответа. Если из анфилады покажется ведущий телеканала “Культура” со словами: “В феврале 1791 года Потемкин возвращается в Петербург в дурном настроении”, это надо просто переждать. Если начнет лаять собака, следует сказать: “Ой ты, малая собаченька, ой ты серенький волчок! На меня ты, спинка пегая, не лай, нашей Дунюшке пожалуй погадай!” Лай собаки, используемый как способ узнать местожительство Вашего (зачеркнуто) жениха, периодически попадает в эту программу вследствие технических накладок. Когда из анфилады начнут выходить люди, надо окликать, спрашивая их имя. Если они называют правильно, тогда надо спросить у них Ваше. Полноценный информатор осведомлен о том, с кем ему предстоит встречаться. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ. Услышав голос птицы фазан, немедленно прекращайте гадание. Лучше всего сделать это, уронив свечи или, сместив зеркало, разрушить анфиладу. Ни в коем случае не надо дожидаться, чем кончится голос птицы фазан». Скажите, – сказал заинтригованный Генподрядчик, – а как ведут себя люди, которым не доводилось слышать в аутентичном исполнении голос птицы фазан и они не могут выделить его в ряду звуков, нормальных для анфилады?

– Вы его не спутаете, – со значением сказал незнакомец.

– Ну, если вы утверждаете, – отозвался Генподрядчик, – не стану спорить. Так, тут практически все… «причеши мне голову», это, кажется, из женского варианта…

– Вот ручка, зачеркните, пожалуйста, – сказал незнакомец.

– Мне в целом ясны задачи, – сказал Генподрядчик, вставая. – Где искомое помещение с сосиской?

– Я отведу, – сказал незнакомец.

Глава шестая,

где попытки искушать грядущее оказываются бесплодны, очередной раз доказывая, что судьба – не свой брат

– Подведем промежуточные итоги дня, – сказал сам себе Генподрядчик. – Я неизвестно где, без всякой надежды выбраться, сижу в обществе свечей и сосисок в святочной бане с эвкалиптовыми вениками, робость мне волнует грудь, успею ли я вдоволь наслушаться притчей Платона Александровича или меня раньше накроет убедительный голос птицы фазан. Конечно, некоторые начинали и с меньшего. Но я боюсь окончательно утратить кредит у своей рациональности, прежде чем выберусь из этих мест хотя бы наполовину.

Он помолчал и добавил:

– На верхнюю.

В помещении, которое служило баней не за страх, а за совесть, было сыро и вонюче, по местам тускло светились подозрительные шайки, неприятная глазу ветошь лежала на плесневой лавке, а тяжелый бюрократический стол, у которого одна гнутая нога была львиной, а другая в калоше, казался здесь воспоминанием о каком-то затаенном извращении, которое представить во всей полноте было невозможно. На столе стояло зеркало, против него другое.