— Не верю! Просто не верю! Мой братик никогда бы не отказался от того, чтобы затащить в ванную Ямаду…
— Да я это, я! — хмыкнув, я вытащил из левого кармана брюк скомканные трусики, раньше принадлежавшие Арисе и Мисаки и показал их девчонкам. — Вот доказательство! Просто я сильно устал, ведь помимо прочего, мне пришлось с двумя красотками…
— Так ты все-таки тронул Мисаки?! — завопила Мэй, и начала бить меня кулачками, а мелкий же наоборот, довольно агукнув, подмигнул мне. Ямаде было пофиг, а Синохара вдруг так громко всхрапнула, что мы все вчетвером подпрыгнули… и так уж получилось, что я случайно наступил на одну из бутылок из-под пива, споткнулся, едва не упал на пол, успев схватиться за ночнушку Ямады, причем протезом, порвав ее нафиг, а бутылка вылетела из-под ноги, и отлетела к кровати, попав по башке бывшей училке, которая подскочив, издала такой вопль, что он напомнил мне уханье совы, вперемешку с криком ласточки, и воплем раненого медведя… жуткая херня, в общем!
Громко матерясь и потирая большую шишку, на лбу, Синохара которая еще и свалилась на пол, взяла с пола одну из бутылок, в которой еще оставалось пиво, и пьяными глазами взглянула на меня, улыбнувшись пошлятской улыбочкой.
— О, К-Кимура! Ты вернулся — ик! — вредный мальчишка! Послушай-ка меня, свою бывшую учительницу… — Синохара медленно поднялась с пола, и пошатываясь, подошла ко мне, толкнув плечом Ямаду, которая что-то бурча, в разорванной ночнушке из-под которой торчала левая сиська, шарилась в шкафу, видимо в поисках другой ночнушки. Ну или что она там искала, хер его знает! — Я ставлю тебе тройку, понял?! А знаешь за что?!
— Вообще не в курсах, — злобно пробурчал я, схватив Синохару за руку. Ее похабная улыбочка стала еще больше, и она даже сама приблизилась ко мне, прижавшись грудью к моей груди, и правой рукой ухватив меня за затылок.
— А за то, что тебя не было рядом, когда твоей учительнице было скучно, — прошептала Синохара и допив остатки пива, бросила бутылку на пол. Она не разбилась, что по сути, спасло Наоми от некоторых проблем. А Синохара тем временем левой рукой расстегнула мне ширинку, и уже хотела залезть мне в штаны, но…
Схватив ее правой рукой за левое ухо, злобно ухмыльнувшись, я затащил Синохару в ванную и набрав воды в раковину, несколько раз окунул алкашку туда лицом, заставляя ее прийти в себя. Ямада и Мэй с мелким, стоявшие в дверях прижавшись друг к дружке, смотрели, как я мучаю бывшую классную руководительницу, которая пыталась вырваться. Ну уж нет… вот честно, мне было абсолютно насрать, что она пьяная, я бы этим даже с радостью бы воспользовался, но вот срач в квартире я не потерплю!
Так что, когда Синохара немного протрезвела, я всех троих девок отправил делать уборку, а сам залез в ванную вместе с мелким, и наконец, расслабился. Вообще, глядя на то, как Люциус играется с какой-то резиновой уточкой, которая была однако, не простая — с кровавыми пятнами, рогами и даже немного выпускала пламя изо рта, когда мелкий на нее давил — я реально чувствовал себя папашей.
***
Ясное дело, что поспать мне удалось всего несколько часов, ведь проснувшись в семь утра, я стал готовить завтрак, обеды для нас троих, и будить Мэй, которая опять закатила скандал, крича, что из-за меня нифига не выспалась. Ага, все три девки легли позже меня, но если Синохаре было пофиг, ведь она по-любому будет пол дня дрыхнуть, то Ямаде и Мэй было тяжко. А я уже настолько привык не высыпаться, что мне и нескольких часов хватило, чтобы чувствовать себя бодрячком!
Когда мы приперлись в школу, то до начала первого урока Миямото и Ивасаки расспрашивали меня, где мы с Мэй вчера пропадали, и я рассказал им грустную историю о поезде Паровозике, который бесславно сгинул в призрачном мире. Под конец рассказа, Миямото, как и я, пустил скупую мужскую слезу, и даже мелкий разревелся, а Ивасаки и Ямада одновременно вздохнули, едва не покрутив пальцами у виска. Ну как, вот просто как, можно быть такими черствыми!?
…Когда пришло время большой перемены, вся наша компашка поднялась на крышу, и Ямада вновь пристроившись в кресле, стала кормить мелкого грудью, который стал так громко чмокаться, что у меня в извилинах промелькнула одна извращенная мыслишка, ки-ки-ки!
Дожрав свою якисобу и выпив яблочный сок, который я выжал утром, я поставил коробочку из-под еды и пустую пластиковую бутылку на пол, и вразвалочку подошел к Ямаде. Ивасаки и Миямото, сидевшие на полу у выхода с крыши, неспешно поглощающие свои обеды, уставились на меня, явно предвкушая очередную херню от меня.
Усевшись на корточки справа от кресла, я сощурил свои узкоглазики, и правой рукой отдернув посильнее блузку Ямады, обнажил ее правую сиську и… присосался к ней! Не то, чтобы я не ласкал раньше соски девок своим языком, что особенно нравилось Лоле, которая прямо балдела от этого, но вот… сосать их, такого извращения я еще не делал, хех!
— Т-ты что делаешь? — изумленно спросила Ямада, пока Миямото и Ивасаки, едва не давились едой, угорая надо мной. Даже мелкий оторвавшись от левой сиськи Ямады, прикрыл рот руками, начав визгливо смеяться. — К-Кимура, прекращай! Твои извращения уже выходят за грань…
Но вместо того, чтобы прекратить, я еще сильнее прижался к ней, но уже стал не только сосать ее молочко, но и иногда водить языком вокруг него, отчего Ямада тихонько застонала, а Люциус, который зырил на меня, вдруг снова присосался к левой титьке Ямады, и судя по тому, что девчонка застонала еще сильнее, он начал повторять за мной. Кажись все… придется Сатаниусу доплачивать мне, ведь мелкий, учится от меня не только злу, но и разным извращениям! Я уже даже не представляю, что будет, когда он войдет в период полового созревания, хо-хо! Бедные служанки в их обители…
— Эй, Хидео, не хочешь… — новенькая дверь, которую поставили лишь вчера, взамен той, которую я выбил, распахнулась, и на крышу выскочила Кавасаки, в сопровождении лольки Аоки, и увидев меня, сосущего сиську Ямады, резко остановились. Лолька, которая шла следом за моей красноволосой богиней с пятым размером, не успела вовремя сбавить шаг и потому уткнулась в спину Кавасаки. — Вы чего тут вытворяете?!
— Да так, просто хотел попробовать, какого на вкус ее молочко, — оторвавшись от соска Ямады, которая явно перевозбудилась, и сейчас сидела немного поджав ноги, держа правую руку у промежности, с красным лицом и тяжело дыша, я усмехнулся и поднялся на ноги. — Оно, кстати, сладенькое, угу…
— Конченный… просто конченный извращуга! — испуганно пропищала Аоки, прячась за спиной Кавасаки, когда я, ухмыляясь, медленно пошел в их сторону. — Н-не подходи! Слышишь?! А то я сейчас закричу!
— Да? Ну давай, кричи тогда громче! — глухо произнес я, для пущего эффекта облизнув губы. Подойдя к ним, я резко отодвинул Кавасаки в сторону, отчего Аоки реально взвизгнула и упала на колени, зачем-то правой рукой схватившись за свою юбку, а левой за… ну, то, что было у нее вместо сисек. — Все равно, все те, кто здесь сейчас, что бы я не сделал, будут на моей стороне, муа-ха-ха! Я ведь прав, а?
— Да-да, конечно! — в один голос произнесли девчонки и Миямото, а Люциус что-то мявкнул. Ну а Кавасаки, вздохнув, и как-то ласково улыбнувшись, схватила меня за правую руку, прижала ее к своим антигравитационным сисюлькам, которые подпрыгивали от любого ее движения, как бы говоря «нахуй физику!», произнесла: — Но ты ведь ничего ей не сделаешь, верно?
— Верно, верно! — я хотел добавить еще «пока что», но решил что не стоит. Еще не так поймут, блин… — Всралась ты мне лолька, сколько раз уже я тебе говорил? Так что можешь не сильно бояться меня, ведь на лолек у меня не встает… Похавай «Растишку», подрасти немного, и вот тогда и будешь меня опасаться, а так…