Мы сидим во дворе под тенистой акацией. Пахучие белые гроздья свесились над столом, и пчелы, покружив среди цветов, присаживаются на краешек стеклянной вазы с вареньем.
Тетя Матрена рассказывает о старой жизни, как стирала когда-то на целую шахтерскую артель, с каким трудом растила детей. Перед нами проходит горькая жизнь простой русской женщины. Но Матрена Николаевна рассказывает даже о бедах с улыбкой: ей приятны воспоминания о прожитой жизни. «Было и хорошее, было и плохое», — говорит она. Так уж устроена жизнь человеческая — плохое забывается, хорошее остается в памяти.
На прощанье тетя Матрена сломила и дала Сереже цветущую ветку белой акации. Растроганный подарком, товарищ мой, волнуясь, заговорил о том, что еще нигде не встречал таких приветливых и душевных людей, как здесь, на шахтерской земле, что он влюбился в этот край и непременно напишет стихи об угле и этой ветке акации.
Матрена Николаевна слушала его с доброй улыбкой, сложив на груди темные натруженные руки, на которых видны были глубокие морщины — дороги жизни. Понятно было волнение поэта: принять подарок из таких рук — признак счастья.
Через день мы покидали родную мою сторонку. Сергей увез с собой нежную ветку белой акации, а я музыку воспоминаний о прожитом и пережитом, но ведь без этого не бывает будущего.
Будь же благословенна навеки, родная земля шахтерская. Сыновним поклоном приветствуют тебя все, кого ты взрастила. А для скольких еще ты станешь второй Родиной.