Огни. Сколько бы мы ни писали о шахтерах, как бы ни славили их, мы всегда будем в долгу перед ними, великими и скромными героями подземного труда.
Мы вернулись из Богураевки ночью и сразу же завалились спать: утром предстояла поездка в казачьи станицы нижнего Дона — Кочетовскую, Раздорскую. Эти станицы ближе других расположены к горняцкому центру города Шахты. Здесь тоже разведаны пласты, правда, глубокого погружения и с обилием подпочвенных вод. «Уголь с водичкой», как говорят геологи.
Волновала и другая цель поездки: побывать на легендарном тихом Дону и, может быть, своими глазами увидеть живых шолоховских героев: Мишутку и Григория Мелеховых, красавицу Аксинью, веселого деда Щукаря и Семена Давыдова, которому теперь уже «отпели донские соловьи... отшептала поспевающая пшеница, отзвенела по камням безымянная речка, текшая откуда-то с верховьев Гремячьего буерака».
Еще не было восьми утра, когда наш вездеход бойко мчал нас на своих высоких колесах, мирно гудя мотором, увертливо объезжая рытвины и бодро встряхиваясь на неровностях дороги. Путь лежал на юго-восток, к порту Усть-Донецкому, которого еще не было на карте.
В степи по-осеннему просторно. От горизонта до горизонта раскинулась она точно море.
— Едем по углю, — сказал мой спутник, инженер Александр Петрович Пономарев, старожил и знаток Ростовского края.
Наш шофер Вася, хозяин дорог и ценитель поэзии, поддержал разговор об угле и очень кстати прочитал запомнившиеся ему строки из стихотворения шахтерского поэта Павла Беспощадного:
До сих пор не установлены границы Большого Донбасса. Александр Петрович сказал, что, по предположениям, угольные залежи в Ростовской области перешагнули Дон и достигают на востоке берегов Каспийского моря. В северной части они простираются до станций Миллерово и Чертково, а может быть, и дальше.
Невольно вспомнились мне страницы одной замечательной старой книги, написанной в конце прошлого века, когда еще бурлаки тянули по Дону баржи. Книга — «Статистическое описание Области Войска Донского» — написана С. Номикозовым. Я нашел ее случайно в библиотеке Новочеркасского краеведческого музея. Исследователь, влюбленный в свой край, сравнивает каменный уголь со сказочным богатырем, которому некуда приложить силушку. С точки зрения исторической, некоторые страницы этой книги показались мне настолько любопытными, что я переписал их в тетрадь. Вот они:
«...Донской черный алмаз, как сказочный богатырь, спал много лет непробудным сном. Великий Петр открыл богатыря, и с мановения державной руки богатырь проснулся, зашевелился и в последнее время стал всматриваться, куда бы ему свой путь направить: в старую ли Москву, туда ли, где прорублено окно в Европу, в красавицу ли Одессу... на фабричный ли Запад России или на матушку Волгу-реку? Но Москва думает долгую думу, жалуется на истребление лесов, а донского богатыря принимает далеко не радушно. В окне Петра стоит англичанин со своим коксом и нью-кастельским углем, в Одессу минеральное топливо из разных стран привозится в виде балласта, на страже западной границы стоит хитроумный силезец, а на Волге, хотя цена на дрова и жжется, но самые дрова тем не менее жгутся немилосердно. Что ж остается Донскому черному алмазу? Киев и Харьков...
Придет пора (и если бы только скорее пришла, желанная), когда Донская железная дорога будет проложена до Волги и донской уголь вытеснит оттуда всякое другое топливо, придет пора, когда он в силах будет соперничать с иностранным углем и в Одессе и в Санкт-Петербурге. Но поистине блестящая будущность предстоит донскому минеральному топливу только с развитием его местного потребления...
Будущее всецело находится в руках казака — горнопромышленника и горнорабочего. Все остальные отрасли промышленности призваны будут играть на Дону роль подчиненного горным промыслам.
Стук первого молота — приятный стук. Свист и грохот паровых машин, лязг железных изделий и клубами вылетающий густой дым из многочисленных труб фабрик и заводов, основанных на минеральном топливе, — такова наша надежда...»
Нам сегодня трудно представить, что было время, когда люди в нашей стране мечтали о... «железной дороге до Волги», что «Санкт-Петербург и Москва» нерадушно принимали «донского богатыря» — каменный уголь. Чувство гордости и удивления испытываешь при мысли: какой исполинский шаг сделала наша страна от «стука первого молотка» до полетов ракет на Луну и Венеру, в межзвездные дали!..