Норман постоял над телом, словно в нерешительности. Потом медленно опустился рядом, мягким движением ладони очистил лицо девушки от налипшей пыли и каменной крошки. Положил голову Айрис себе на колени, несколько раз погладил мягкие, каштановые волосы.
А потом Наташа увидела то, чего никогда не ожидала увидеть.
Она увидела слезы Нормана Озборна.
Омак
- Ты ведь понимаешь, что это все невозможно, да? - произнес Питер, устало помассировав переносицу. Со стороны Гвен раздался тяжелый вздох.
Кумо, как и Дом, мирно спали, расположившись в разных углах огромного зала. Мэри Джейн стояла рядом, завороженно наблюдая, за моей работой.
Все пространство "священной" (если верить "Большому Пальцу" Руки) пещеры было заставлено оборудованием, которое прибыло немногим позже Паркера и его возлюбленной. В углу несколько генераторов мерно гудели, давая достаточно электричества для нашей общей работы. В произвольном порядке стояли четыре стола, за которыми сейчас мы и производили свои расчеты, пытаясь разобраться в устройстве Ци.
К сожалению, работа пока шла не важно. По крайней мере, у Гвен и Питера так уж наверняка.
Ах, да, во время всей этой суеты, долгих разговоров и прочего выяснения отношений, Кумо как-то тихонько принял меня в Клан. Не то, чтобы это имело для меня какое-то значение, и, честно говоря, вступать в какой-то международный преступный синдикат мне особо не улыбалось. Однако хитрый "Паук" заметил, как я переживаю из-за смерти Мэтта, и методично давил на эту больную мозоль, обещая воскресить его. По крайней мере утверждал, что это возможно, и даже не создаст больших проблем, если я сумею разобраться с Источником под Фудзи. Так что, в конце концов, я сдался. К моему удивлению никаких "кровавых ритуалов" не потребовалось, хотя чего-то подобного, наверное, стоило ожидать. Кумо просто сделал несколько звонков, провел видео-конференцию (технологии вошли в жизнь даже столь архаичного клана), и сообщил, что моя кандидатура одобрена, и я теперь один из членов клана Руки. Забавно, особенно учитывая, что я стал не простым членом, а "помощником" "Большого Пальца", что, в перспективе, открывало для меня возможность когда-нибудь занять его место. Не сказать, будто я спал и видел, дабы взобраться на вершину их иерархической лестницы, но сама возможность вызывала какой-то подсознательный... зуд. Вечно беспокоящую возможность.
- Ничего не работает, - продолжал жаловаться Человек-Паук. - Ни одна из теорий, выдвинутых Траском или тобой, не способна объяснить принципы формирования и движения этой твоей Ци! Мы даже не можем предсказать ее влияние в полной мере! Черт!
Гвен скривила губы в усмешке, но не ответила. Если вы еще не поняли, эти двое, хоть и начали работать вместе, все еще не помирились. Блондинка дулась, а Питер откровенно не знал, как ей все объяснить. В результате они оба бесились, не понимая друг друга, что доставляло мне какое-то порочно-садистское удовольствие.
Я усмехнулся краешком губ, лихорадочно моделируя очередную формулу на компьютере. Мои пальцы порхали над клавиатурой, вводя все новые и новые данные перед глазами появлялись все новые и новые столбцы цифр и какие-то формулы. Мозг Гарри Озборна, который я холил и лелеял все эти годы, обрабатывал огромные массивы информации, умудряясь при этом, вести разговор с друзьями и не чувствовать особого дискомфорта.
- Когда в 1610 году Галлилей направил свой телескоп на луны Юпитера, - заговорил я вдруг неожиданно для друзей, - он был первым, кто увидел огромные сферы, прикрепленные к нему обычными пружинами.
- М? - Гвен бросила на меня странный взгляд. Очевидно, решила, что ее лучший друг заработался.
- Его собственные рисунки, - продолжал я разговор про Галилея, не обращая внимания на блондинку, - показывают, что он каждую ночь зарисовывал, как эти яркие точки движутся мимо Юпитера туда и обратно, словно шарики, подвешенные на пружинах… Конечно, средневековый ученый, глядя на спутники Юпитера, не мог предположить о существовании некой “невидимой гравитации”. Вместо этого, он, глядя на движение ярких сфер, увидел, что оно формирует синусоиду, а это, в свою очередь, математически эквивалентно качанию объекта вверх-вниз на пружине, с линейной восстанавливающей силой…
Питер и Гвен переглянулись, и это был первый раз, когда в его взгляде на возлюбленную не было видимого невооруженным глазом чувства вины. Паркер, думая, что я не вижу, покрутил пальцем у виска, а Стейси ответила пожатием плеч. В ее взгляде тоже впервые не было обиды - одно лишь любопытство. Ребята поняли это и поспешно отвернулись друг от друга.