Уэсли чувствовал, как огромная империя, которую они вместе создавали, крошится под пальцами Человека-Паука. И это было странно. Ведь это всего один человек - пусть и мутант. Он просто не может оказаться во всех местах одновременно… но там, где не было его, оказывалась полиция.
- С копами и с новыми операторами Хранителей мы общий язык найдем, - спокойно заговорил седовласый мужчина, до этого спокойно молчавший, слушая перепалку своих… “коллег”. - С Человеком-Пауком - нет.
- У всех есть своя цена, - не согласилась мадам Гао.
- У него - нет, - покачал головой Седовласый.
Об этом человеке Джеймс знал преступно мало. Да, глава сицилийской семьи Маджия и… только. Больше о нем не известно ровным счетом ничего. Его альтер-эго - филантроп Сильвио Манфреди - также ничем не примечателен. Разве что тем, что у него есть дочь…
- Почему вы в этом так уверены? - задал осторожный вопрос Уэсли.
- Он жестоко калечит наших людей...
- ...Но не убивает, - позволил себе заметить Нобу.
- Да, но и калечит он их… изобретательно, - хмыкнул Сильвермейн, люди которого больше всего пострадали от действий Паука. - К тому же, в том, что он делает, нет такой уж большой необходимости.
- Мы считаем, - все так же предельно вежливо и осторожно проговорил Джеймс, - что он пытается выбить из них информацию о теракте в Департаменте. Те из наших людей, которых удалось вытащить, подтверждают это.
Все поморщились, вспомнив про тот инцидент. Кто бы это ни сделал, он подложил огромную свинью преступникам Нью-Йорка.
- И это тоже, - кивнул Седовласый. - Вот только это не отменяет того факта, что он получает от пыток определенное удовольствие… Тем более в последнее время, вопросы задавать Паук перестал. Теперь просто мучает.
- И что это значит?
- Это значит, мистер Рансгаков, что у него к нам что-то личное, - хмыкнул Нобу. - Ненависть. А ненависть не перекупить.
Сильвермейн снова кивнул. Уэсли поморщился. На лице русских проступило хмурое выражение, а госпожа Гао по-прежнему выглядела, словно добродушная старушка.
- В любом случае, надо что-то решать, - произнес, наконец, Нобу. - Как насчет награды за его голову?
- Тогда награда должна быть действительно большой, - хмыкнул Владимир.
- А это поможет? - с сомнением покачал головой Уэсли. - Многие боятся его, как огня.
- Деньги вполне могут помочь победить страх, - философски заметил Манфреди. - Если, конечно, их будет достаточно.
- И сколько, по-вашему, достаточно? - чуть раздраженно спросил Нобу.
- Миллионов десять? - не слишком уверенно предложил Владимир.
- Мало, - покачал головой Сильвермейн.
- Попробуем для начала, - пожал плечами Анатолий. - Если не клюнут - увеличим.
- Каждый день, пока этот Паук бегает от нас, мы теряем деньги, - веско ответил Сильвермейн. - Десять миллионов - это наш совокупный доход в день. Как насчет того, чтобы перестать быть такими идиотами, и начать думать головой?
- Слышь, ты черту-то не переходи, - вступился за брата Владимир. - У меня перед твоими сединами никакого уважения нет!
- И совершенно зря, - хмыкнул Манфреди.
- Успокойтесь, - Нобу раздраженно привстал со своего кресла. - Мне тоже это начинает надоедать. Я готов сам предложить десять миллионов. Остальные пусть складываются, как хотят.
- Я дам пятьдесят, - сверкнул глазами Сильвермейн, заставив всех удивленно вскинуться. - При условии, что Паука доставят ко мне живым.
Было в его голосе что-то такое… как будто сицилийцу нужен был Стенолаз не только для того, чтобы остановить нападения на общий бизнес. Джеймс даже позволил себе задуматься над этим на минутку, когда русские, переглянувшись, произнесли:
- Мы не такие богатые люди, как вы, - усмехнулся Владимир. - Так что вложим два миллиона. Это максимум.
- Я не отстану от моего японского коллеги, и согласна выделить ту же сумму, - чуть склонила голову в сторону Нобу мадам Гао.
- Мой работодатель также заинтересован в поимке Человека-Паука, - осторожно произнес Джеймс. - И поэтому, мы также вложим в общее дело не меньше десяти миллионов долларов. Однако, нам стоит решить…
- Вам уже ничего не надо решать, - дверь в комнату, в которой проходило заседание, открылась, и внутрь проскользнул мужчина в странном костюме. Одет он был, как военный, а лицо скрывалось под красным шлемом. - Я все решил за вас.