Он не атаковал. Глядел на меня с неким любопытством, не обращая внимания на порванный пиджак, и оторванный воротник рубашки. Дорогая одежда, между прочим. Я вот такую надеваю только по большим праздникам.
Я заметил, что отец бережет локти, на которые пришелся мой первый удар. Вероятно, трещина у него там имеется, и сейчас ему, как минимум, больно. С другой стороны, отрегенерирует он эти повреждения в течение достаточно короткого промежутка времени, так что ничего страшного.
А бьет он, наверное, превозмогая боль. Силен, чего уж там.
Наверное, стоило что-то сказать. Но я не хотел. Очевидно, что основной план - вырубить его как можно быстрее - провалился. Теперь он оценил мощь моих ударов, и подставляться под них уже не будет. Значит, надо придумать что-то покруче.
Неожиданно короткий шаг с его стороны, превратился в рывок, как-то уж слишком быстро. Я едва успел жестко блокировать, мгновенно ударил в ответ, пытаясь локтем пробить его защиту. Промазал, а отец отступил, и рисковать соваться за ним мне не улыбалось.
Я знал об основной слабости своего костюма. Инерция. Сервомоторы усиливали удары, увеличивая и без того немалую, за счет массы, инерцию, но не могли остановиться тогда, когда мне хотелось. В результате любая попытка выбросить свою конечность достаточно далеко, приводила к тому, что я “проваливался” вперед, открываясь для контратаки. Очевидно, что отец заметил это. Поэтому не нападал, приглашая меня сделать первый шаг.
Честно говоря, меня спасало то, что Норман не изучал боевые искусства. Он просто махал руками и ногами, без какой-либо системы. Однако неумение компенсировалось невероятной скоростью, выносливостью и силой. Косяк был в том, что и в школе Даитен рукопашный бой - не основное направление. Большая часть моего арсенала сводилась к работе с ножами, но сейчас клинки использовать я не мог. Так что мы с отцом были почти в равном положении.
Я усмехнулся из под шлема. Вытянул руку, ухватившись за краешек его стола. Сервомоторы взвыли, вырывая мебель с пола, и на громадной скорости посылая ее в сторону противника.
Норман уклонился без особого труда, но и я уже был рядом и бил - бил снизу, стараясь поймать его на противоходе. Уйти он уже не успевал, поэтому принял мой кулак на плечо, инстинктивно сдвинув направление моего удара так, чтобы он вновь прошел по касательной. Но даже так отца развернуло, а я добавил вкладывая в новый пинок всю силу доспеха и немалый вес. На этот раз он успел отклониться, но снова не до конца - его отбросило к стене, а я, подскочив со всей возможной скоростью, попытался поймать его в захват. Не вышло. Неожиданная подножка заставила меня потерять равновесие, и я стал заваливаться набок. Норман тут же оказался сверху, и стал осыпать меня градом ударов. Я с трудом блокируя, дотянулся до деки, на запястье.
В следующее мгновение, в окно, со звоном разбивая стекло, влетел глайдер. Норман рухнул в бок - скорее на инстинктах, чем осознанно, и мой летательный аппарат пролетел мимо, обдав нас жаром своих выхлопных газов, и врезался в стену. Стена выдержала, а глайдер, получив повреждения попытался снова взлететь, но я, опасаясь взрыва, отключил его.
Это стоило мне полутора секунд, за которые Норман, вдруг немыслимо извернувшись, в два шага казался рядом, схватил меня за запястье. Я перехватил удар другой рукой, и мы так и застыли друг на против друга, сцепившись ладонями, и пытаясь побороть друг друга. На моей стороне была мощь сервомоторов, на его - сверхъестественная физическая сила.
- Знаешь, сын, пожалуй, я ошибся и… кха!..
Договорить ему я не дал. Просто убедился, что он отвлекся, тут же впечатал ногу ему в живот. В последний момент, Норман успел вывернуться, ударив меня в ответ, но в данном случае моя атака была сильнее. Он отлетел, я, потратив полсекунды, чтобы прийти в себя, метнулся следом, пытаясь его поймать до того, как он оклемается. Отец уклонился от летевшего ему в лицо кулака, схватил меня ногами за пояс, резким рывком повалил на пол. Я взвыл, когда сила его захвата перешла все мыслимые пределы, сминая броню в районе пояса. На внутреннем экране, стали выскакивать сообщения о перегрузках, и мне не оставалось ничего другого, кроме как рвануть ему ногой в район поясницы.
Удар получился несильным, но мне повезло. Большая часть ударных техник школы Даитен основаны на поражении болевых точек. Однако раньше, по понятным причинам, я в них даже целить не пытался - знал, что не попаду. Слишком велика была разница в скорости. Однако сейчас мне просто повезло. Попал прямо туда, куда надо, заставив отца вскрикнуть от боли и выпустить меня из захвата. Я откатился в сторону.