— Ты же знаешь, что так не получится! — покачал головой Мэтт. — Любой план надо корректировать на ходу. А тут… корректировки могут привести к смерти. Как нашей, так и Питера.
— Знаю, — раздражение вылилось наружу, в отчаянном движении рук. Я знал, что в плане полно дыр, и что он совсем «не гибкий». Более того, я знал, что каждый план, выполнение которого зависит от более, чем трех различных событий, обречен на провал. В моем случае, событий было явно больше трех.
— Так или иначе, Мэтт… я туда пойду. И Паркер тоже пойдет. Поможешь ты нам, или нет — решать тебе.
— Твою мать… — Мердок выругался, потер лоб, явно пытаясь придумать, как нас отговорить. Но, кроме светлой идеи рассказать обо всем Паркеру, а потом признаться, что отправил отца неизвестно куда, Сорвиголова ничего предложить не смог.
В результате, мы пошли «на дело» вместе. Я для этого даже очередную версию спецкостюма для Мердока «одолжил». Благо все они хранятся в спецхране, и достать их оттуда проблем не составляет… Надеюсь, мы не засветимся в них в Новостях. Ибо тогда с учеными из отдела № 89 надо будет как-то объясняться.
Кстати про броню Мердока. Она ему не понравилась. Да и мне штурмовой вариант «ХобКостюма» не нравится ни капли. Но защиту он предоставлял очень неплохую. А для этого конкретного дела нам была нужна сила. А Штурмовая модификация как раз таки эту силу предоставляла.
Основной недостаток этого костюма, по словам Мэтта, в том, что он не дает носить поверх него, никакой одежды. Да и надеть его быстро — не получится. Так что… короче, не слишком «супергеройский» вариант. С другой стороны, после определенных модификаций (например, мне очень нравится вариант с голограммой одежды поверх брони), вполне возможно, что Мэтт поменяет свое мнение.
Впрочем, я отвлекся.
Пробраться в здание, где проходила встреча главных мафиози города, когда в твоей команде есть Человек-Паук — не проблема. В крайнем случае, мы с Мэттом могли использовать свои Глайдеры. Так или иначе, первый пункт плана — «пробраться в здание» — был выполнен без особых проблем. Дальше Мэтт немного поработал подслушивающим устройством, позволив мне идеально выбрать момент, дабы войти в помещение. А потом и «продать» тому очкастому помощнику Фиска свои коды, а потом и Седовласому (колоритный персонаж, кстати) — Человека-Паука.
А вот приезд Фиска стал для меня неожиданностью. Благо глайдеры, оставленные снаружи «на всякий случай», зафиксировали кортеж, из которого стали выходить люди, и передали нам картинку.
Честно говоря, про Фиска из фильмов и мультиков, я почти ничего не помню, хотя в сериале про Сорвиголову он играл очень и очень важную роль. Здесь его иначе, как «Призраком» не называли. Очень уж он оказался скрытным.
— Здравствуйте, господа, — поздоровался здоровенный Амбал, с трудом протиснувшись в немаленькую такую дверь. — Меня зовут Уилсон Фиск.
— Но… — тот парень, которого местные называли «шестеркой» поднялся с места, явно пытаясь протестовать.
— Не волнуйся, Джеймс, все под контролем, — успокоил подчиненного Фиск. Остальные мафиози молчали. Амбал обратился к нам: — Я хочу перекупить у вас Паука. Плачу вдвое.
Ох… Нифига себе… Я конечно, не бедный человек, но… сто миллионов баксов?! Серьезно?! Паук еще столько не навоевал!
Кстати… что тогда это значит? А значит это, что мой друг Паркер нужен Фиску (и, скорее всего и Манфреди) вовсе не ради какой-то там мести за своих людей, которых Паук покалечил. Нет. Он нужен для чего-то другого.
Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, для чего может понадобиться подобный экземпляр.
— Сделка уже заключена, — возмутился Седовласый.
— Я все еще не увидел денег, — возразил я.
— А я свои уже привез, — усмехнулся Фиск, выставив на стол чемодан.
— В таком случае, — по-возможности, спокойно произнес я, пересчитав наличку, — товар уходит мистеру Фиску.
— Но это… это… это совершенно неслыханно! — продолжал возмущаться Сильвермейн.
— Ничего личного, — выдохнул я. — Просто бизнес… Как насчет кодов?
— Их, конечно, мы тоже купим, — кивнул Фиск.
Отлично. Все идет даже несколько лучше, чем я думал.
Вдруг руку пронзила острая боль. Я порадовался, что мое лицо скрыто шлемом, ибо в этот момент оно, наверняка, перекосилось от страданий.
Как же не вовремя! Очередной приступ, что стали происходить с завидной периодичностью. Еще один симптом моей болезни, которая продолжает развиваться.
Над загадкой моего недуга бьются уже четыре отдела ОзКорп. Вот только толку от этого никакого — пока результатов их работа не принесла. Все потому, что моя болезнь — это что-то совершенно непонятное. Наши с отцом клетки, в какой-то момент, просто начинают меняться. Какие именно клетки, судя по всему, зависит от случая. Так у отца, в моем возрасте, еще не проявлялось симптомов, а у меня — они уже есть. Однако у Нормана в первую очередь стали меняться клетки кожного покрова, а у меня вот — нервные. В результате, я чувствую несуществующую боль, и ничего с этим не могу поделать. Самые сильные обезболивающие не помогают. Пока приходится просто терпеть.