Нежная мелодия разливалась далеко вокруг — пронизывала воду, снежную бурю и старый лес. Дарья играла не для себя — а для всех, кто мог бы её услышать. Девочка уже и не надеялась, что сможет выбраться из западни, в которой она оказалась. Она даже не сразу поняла, что вновь ощущает дуновения ветра на своей коже. Её одежда была совершенно сухая, а страшные насыпи из снега исчезли. Буря утихла. Она, будто ребёнок, что не знал ласки, успокоилась и больше не пыталась капризничать.
— Что произошло? — Дарья осторожно, с опаской, открыла глаза, осмотрелась: полянка была пуста, как и прежде. Кто-то тихонько плакал рядом. Дарья направила взгляд к своим ногам и увидела, что перед ней в воздухе витает маленькое, темное облачко с желтыми глазами. Оно было не больше, чем кулак взрослого человека. Трудно поверить, что такая кроха недавно воплощалась в зверскую бурю и чуть не погубила Дарью.
— Это твою печаль я ощущала? — тихо спросила Дарья. Облачко качнулось, виновато посмотрело на неё.
— Хочешь ещё послушать? — спросила Дарья. Безликий вновь качнулся, внимательно посмотрел на неё. Он и правда был крохой — милым и беззащитным.
— Хорошо, слушай. Кажется, колыбельная моей мамы тебе очень нравится, — Дарья улыбнулась, продолжила играть. Чёрное облачко внимательно слушало. Дарье показалось, что оно радуется каждой новой ноте. Она узнавала в нём себя. В те моменты, когда сама была напуганной, растерянной и такой одинокой. Сверстники всегда сторонились Дарью, а иногда обзывали её и даже обижали. Тогда Дарья прибегала к маме, и Маргарита своей песней развеивала её печали…
— Это ты превратился в мою маму? — Дарья прервалась. Безликий виновато качнулся.
— Ты тот, кто не имеет лица... — вспомнила Дарья наставления бабушки Нины.
— Любое злое существо можно не только победить, но и исцелить его от страданий. Так мне бабушка Нина сказала. И ведь правда… — девочка коснулась маленькой тучки; желтоглазый прислонился к её ладони, совсем как кошка, прикрыл глаза, понежился в объятьях, которые вероятно никогда не знал.
— Ты хороший. И совсем не злой! Но скажи: откуда ты знаешь моих маму и папу? — спросила Дарья. Облачко отстранилось от девочки, замялось, будто пыталось решиться, стоит ли ему рассказывать эти тайны.
— Не бойся. Я не буду сердиться, — с улыбкой подбодрила его Дарья. Тогда существо чуть покружилось вокруг неё и, отлетев чуть дальше, вдруг разлетелось, будто туман на солнце.
— Куда же ты? — Дарья, вероятно посчитав, что её знакомый убежал, окликнула его. Однако вдруг перед ней появились сани, сотканные из летающих снежинок. Дарья замерла, присмотрелась: на санях сидела женщина, прижимая к груди двух маленьких деток — совсем младенцем.
— Мама! — узнала её Дарья.
На санях стоял мужчина — высокий, стройный, сильный кузнец.
— А это мой папа! — Дарья с любовью посмотрела на родителей. Ведение, которое складывалось из летающих снежинок, продолжило меняться, показывать новые детали: вот на сани налетела страшная буря; Папа пытался вернуться к маме, но совсем ничего не видел, а Мама вдруг закричала и ослабла; снежный вихрь выхватил из её рук маленькую девочку и унёс её за собою…
— Это ты выкрал мою сестрёнку? — Дарья, пораженная увиденным, спросила у безликого, после того, как он стало прежним: чёрным облачком с жёлтыми глазками.
— Но зачем? Почему ты это сделал? — безликий молчал, скорее всего из-за сильного стыда и чувства вины.
— Это ведь она тебе приказала? Злая королева? — облачко качнулось. Дарья чувствовала, что он не желал ей зла и очень сожалел о случившемся. Маленькие жёлтые глазки очень виновато смотрели на неё.
— Но кто она такая? Как её зовут? — задавала Дарья вопросы, но облачко всё сжалось, затряслось, будто мушка, что попалась пауку в паутинку. Дарья вспомнила, что даже бабушка Нина боялась называть её имя.
— Если не можешь сказать, то покажи мне её. Прошу тебя. Для меня это очень важно, — попросила Дарья у безликого. Он вдруг отлетел подальше, вновь растворился. Дарья видела, как снежинки сплетаются в новый узор: две маленькие девочки задорно неслись между деревьев. Судя по всему, они играли в салки. Дарья предположила, что им чуть меньше, чем ей сейчас. Они, совершенно точно, близняшки. Такие же, как она и Соня. Но Дарья не знала этих детей. В деревни не было сестёр-близнецов.