Долгие и утомительные поиски вновь начались. Почти все мужчины деревни ушли вслед за Мироновыми. Сегодня ни один дом и ни одна семья не останутся безучастными: всех затронуло проклятие Чёртовой колыбели. Нет, оно повлияло на них значительно раньше: в сердцах жителей поселился страх перед маленькой черноглазой девочкой… все они чувствовали свою вину, как ощущал её Максимка.
***
Дарья открыла глаза: на неё смотрел Иго.
— Прошу, не волнуйся. Теперь всё хорошо. Она больше не управляет тобой… — девочка осторожно протянула руку к лицу Иго. Паук слегка отпрянул. Его хватка усилилась на теле малышки. Он будто не мог понять, где на самом деле оказался: во сне или наяву?
— Я Дарья. Ты помнишь меня? А мою сестру Соню? Ты защищал нас. И пришёл сюда, чтобы вернуть Соню домой, но злая королева тебя околдовала. Однако ты оставался к нам добр. Даже когда встретил меня в лесу, ты спас меня… теперь я знаю. Соня не боится тебя. Она сказала, что ты хороший и совсем не злой. Ты не причинял нам боль. Не кори себя — юная флейтистка продолжала успокаивать монстра. Иго вдруг попытался с ней заговорить:
— Дарья… Соня… — с трудом выговорил он. И вы не удивляйтесь. Пауки не могут разговаривать, но в Иго жила частичка души Игоря, благодаря чему ведьма смогла придать ему человекоподобный вид.
— Да, да… ты вспоминаешь! — малышка улыбнулась. Огромный монстр нерешительно прильнул щекой к её ладони, и из его тёмных глаз полились совсем человеческие слёзы.
— Соня ждёт нас, — девочка указала рукой на ветхие деревянные двери. — Она там, в маленькой комнате с тетрадками. Там ей очень грустно. Она не любит это место. Мы должны поспешить — попросила Дарья. Паук послушался её, отпустил свою ношу на пол.
— Скорее, Иго, — радостно позвала его девочка и поспешила выскочить в коридор. Её «старый» друг последовал за ней. Тело его всё также скрепило, но Дарью больше не пугал этот устрашающий звук.
«Иго теперь с нами! Я смогла изменить течение времени. Всё будет иначе!» — радостно подумала она, и, подхватив монстра под одну из лапок, повела его вперёд по мрачному коридору. Паук Иго возвышался над маленькой девочкой, а несколько его ветвистых лапок вынужденно опирались на стенки земляного лабиринта.
…Наступил полдень. Небо затянули хмурые тучи. Впрочем, под густой сосновой кроной им трудно было разглядеть гневающийся небесный потолок; природа на них совсем ополчилась, либо это сама Чёртова колыбель угрожала им скорой расправой.
Игорь в очередной раз отправился на левый фронт поисковой цепочки. Он старался не упустить ни одной зацепки. Внимательно расспрашивал всех участников поискового отряда, а также беспокоился о их самочувствии. Его волнение нарастало с каждой минутой: люди всё больше ощущали чью-то гневную волю. Им было страшно, и только подбадривание Игоря и Толи Самойлова всё ещё действовали на них утешительно.
Маргарита предпочла остаться на правом краю цепочки. Причём её необъяснимым образом тянуло куда-то дальше, словно однажды она уже бывала здесь в каком-то подзабытом прошлом или туманном сне. Ей казались знакомыми старые понурые деревья, серые, поросшие травой рвы, резкие впадины, изрезанные торчащими из земли корнями и молодыми, но больными на вид деревцами.
Чем дальше она продвигалась в глубь леса, тем сильнее и отчётливей чувствовалась ей эта схожесть. Она прислушивалась и присматривалась. Лес будто шептал ей верную дорогу.
Сама того не замечая, Маргарита перестала слушаться наставлений мужа, и, будто заколдованная, она в одиночестве побрела по знакомым тропкам; длинная цепочка людей осталась далеко позади.
Временами она пускалась на бег. Ей почему-то казалось, что она участвует в чрезвычайно важном соревновании и её оппонент по играм бежит совсем рядом и вот-вот догонит её, а потому следует бежать ещё быстрее.
Она уже не могла расслышать голосов других людей. Не слышала она и взволнованных окриков мужа: в её голове раздавался звонкий детский смех. Азарт соревнования полностью завладел её вниманием, и Маргарита всё бежала вперёд, временами оглядываясь, дабы подбодрить свою несуществующую подругу…
***
— Соня! Я вернулась, как и обещала! — малышка распахнула знакомые двери.
— Дарья! — сестра кинулась ей на шею. Цепи на её руках протяжно зазвенели. — Тебя не было так долго, и Иго всё не приходил, хотя ему давно полагалось перевести меня в мою комнату. Я думала, что она поймала тебя и случилось страшное… — Соня прижималась к ней так сильно, насколько позволяли оковы; она заплакала.