«Он совсем рядом!», — Миронов обернулся за спину, но когда кузнец вернул взгляд перед собой, то не обнаружил под ногами твёрдой почвы. Вероятнее всего, он слетел с обрыва или вершины небольшого холма. Падение было не долгим, но болезненным: кузнец несколько раз перекрутился, а после рухнул на живот — грязный и израненный мелкими царапинами.
Вонь стала нестерпимой. Прежде, чем он поднялся на ноги, преследующая его тварь оказалась перед ним. Игорь поднял голову; мерзкое дыхание зверя окатило его щеки; на небе вспыхнула молния, осветив огромную крысу, склонившуюся над лежащим человеком…
— Так просто я тебе не дамся, — промолвил Миронов. Ему больше некогда было удивляться исполинским размерам крысы. Он искал палку, камень или что-нибудь ещё, дабы попытаться дать ей бой.
— Меня ждёт семья! Проваливай! — крикнул кузнец и швырнул в лицо крысы горсть сорванной травы. Разумеется, он не ждал, что подобная мелочь спугнёт её или отвадит, но, быть может, ему удастся временно её отвлечь…
Игорь не мог знать, какие мучительные последствия ждут любое существо, укушенное солдатом из Крысиного Королевства. Одна царапина от его зубов повлечёт неминуемое заражение здоровых тканей. Тело начнёт гнить, и ничто в мире не сможет излечить этот недуг.
Тем временем крыса оскалилась, недовольно зашипела, тряхнула болезненной мордой и кинулась на человека, чтобы немедленно отомстить ему за наглое поведение. Машинально Игорь вытянул вперёд руки, попытался закрыться от желтых зубов страшной твари…
Вспыхнул свет. Яркий луч неожиданно ударил из-за стволов деревьев. От него веяло теплом и жизненной силой. Не как от солнца, а скорее — словно от сияния чистой и доброй души. И сила эта, несомненно, заставила отступить крысиного солдата.
Он жмурил глаза, кидался вперёд, но боялся подступиться ближе: яркий магический свет обжигал его гнилую плоть, и кожа крысы покрылась тлеющими очагами. А сам солдат бился в истерических конвульсиях, пока, наконец-то, чувство самосохранения не взяло вверх над жаждой голода.
Миронов потерял сознание. Открыть глаза его заставил разразившийся с неба дождь и сильный раскат грома. Лес шумел, ветер гнул ветви деревьев, а капли воды барабанили по кронам. Ночь вступила в свои права. Игорь лежал в абсолютной темноте. У него болел бок и кровоточила ушибленная голова.
Долгое время он приходил в себя, однако в его разуме образы и события будто перемешались. Ему понадобилось дюжее усилие, чтобы подняться на ноги и растерянно оглядеться по сторонам. К несчастью, увиденное совершенно ничего ему не говорило. Он помнил, что бежал прочь от какого-то зверя, потом упал, а затем…
— Наверное, причудилось. Усталость сыграла со мной злую шутку. Нужно поскорее найти Маргариту, — всё было слишком шатким и зыбким. Лишь одна цель была для него твёрдой и ясной. Он ухватился за неё, и хотел было двигаться дальше, но вот вопрос: куда идти? Он явно окончательно заблудился и с трудом мог определить, откуда вообще пришёл сюда…
— Проклятье! — выругался кузнец. Его рассеянный взгляд прошелся по рядом растущим деревьям. Сам того не ожидая, он увидел тень за одной из сосен. Разум взвыл об опасности, вероятно, обратившись к ещё не восстановившейся памяти и выцепив оттуда недавний образ крысы.
— Кто ты?! — спросил Игорь встревоженным голосом; тень отделилась от дерева, шагнула глубже в чащу и, неожиданно, — засияла. Её лик источал слабый, но такой тёплый свет. В его лучах кузнец, к своему удивлению, рассмотрел человеческое тело. Вот только её нельзя было в полной мере назвать человеком — женщина носила на голове пушистые ушки, а позади неё выглядывал рыжий лисий хвост с оранжевым пятном.
Игорь намеренно зажмурил глаза, тряхнул головой, словно пытался выпроводить из разума необычное ведение. Оно не ушло и терпеливо продолжало ждать его.
— Ты можешь говорить?
Лиса не ответила. Махнула хвостиком и стала медленно отдаляться от кузнеца. Беспросветная тьма вновь грозила человеку своей лаской и заботой.
— Подожди! — попросил Миронов и, пошатываясь на ватных ногах, последовал за лисой.
— Я ищу жену свою, Маргариту. Не видела ли ты её? — она не отвечала ему. Казалось, что даже её шаги были невесомые и призрачные.
— А может её вовсе нет? Я схожу сума? — вопрошал мужчина у собственного сознания, пока лиса вела его всё дальше и дальше. Вдобавок, чем тщательнее он изучал своего проводника, тем больше её лик казался Игорю знакомым.