— Я очень вам благодарна. Это большая честь. — новоиспеченная искра поклонилась сияющему лику королевы.
— А теперь… — великая мать устремила свой взгляд на ведьмовской жезл. По её велению он медленно поднялся в воздух, легонько качнулся и — рассыпался на миллионы крохотных огоньков.
Подобно игривой снежной метели, огоньки окружили Дарью. Она оказалась посреди волшебного хоровода. Огоньков становилось всё больше и больше. Они окружали девочку танцующей завесой.
— Хорошего тебе пути, Дарья. — пожелала ей королева Лутэрики.
— Всегда держи ушки на макушке, а хвост трубой! — посоветовала ей Алиса. Её желтые кудряшки и зелёные глазки прекрасно дополняла красивая улыбка.
— Обязательно буду! — задорно пообещала Дарья, а затем, улыбнувшись, добавила:
— Кстати, Алиса! Мы с тобой родственники! У тебя есть большая семья! И все мы ждём тебя на семейный ужин!
— Родственники?! — Луринеско удивлённо посмотрела на Дарью, а затем на королеву муравьёв. Великая мать отвернула голову, притворившись, что ничего не знает и ничего не слышала.
— Дарья, — к девочке обратился Иго, — если будет возможность, передай Соне, что я её очень и очень люблю. Уверен, она вырастит прекрасным человеком. Большего желать я не смею, — монстр смирено опустил голову. Его глаза были наполнены любовью, а ещё в них плескалась едва заметная грусть. Паук пытался её скрыть, но у него плохо получалось. Вероятно, он понимал, что больше никогда не увидится с Дарьей и Соней.
— Я обязательно ей передам, Иго. Спасибо тебе за то, что заботился о нас. Чтобы не произошло, я этого никогда не забуду… — юная искра улыбнулась. Свет сомкнулся. Всё растворилось, исчезло. Время изменило ход своих стрелок…
Вода расслабляющее плескалась, дул лёгкий ветерок и ярко светило солнышко. Рядом с озером игрались сёстры-близняшки. Их задорный, игривый смех разносился далеко-далеко по округе. Казалось, дети придумали себе собственный мир, и больше им ничего не нужно. Всё их внимание свелось к увлекательной игре и обществу друг друга.
— Ух ты! Какой красивый гребень! — одна из девочек заметила белый гребень, который лежал на земле, рядом с шумящей водой озера. — Мама будет расчёсывать им мои волосы, — довольно объявила девочка.
— Пожалуйста, дай и мне посмотреть! — подбежала сестра.
— Обойдешься. Я же его первая нашла. Вот когда мама меня расчешет, тогда ты тоже сможешь им воспользоваться, — решительно запротестовала девочка.
— Но я хочу сейчас! — сестра потянулась за гребнем.
— Убери руки. Знаю я твои враки! Побежишь к маме, чтобы она тебя первой расчесала. Не дам!
— Не побегу, только позволь мне его поддержать, — сестра схватилась за гребень.
— Я тебе не верю. Ты меня вечно обманываешь!
— В этот раз честно!
— Не верю! — Детские ручки вцепились в злополучный белый гребень. Они боролись. Никто не собирался уступать.
— Я же только посмотреть! Чего ты так упёрлась?!
— Перестань, а иначе я расскажу маме!
— Ты всегда ябедничаешь. Ябеда!
— А ты врунья!
Девочки поочередно тянули на себя белый гребень. Накал эмоций всё увеличивался. Внутри детских сердце копилась странная и непонятная им злость. Казалось, что она найдёт себе выход, и случится беда…
— И как вам не стыдно! А ещё сёстры называетесь! — неожиданно раздался другой детский голос. Малышки обернулись: перед ними стояла маленькая девочка в серых одеяниях, с русыми волосами и чёрными глазами.
— Вы сёстры! Вы должны друг друга любить и оберегать. А вы что? Готовы подраться из-за какой-то мелкой вещички? Тем более, чтобы вы знали, это мой гребень. Я его обронила, а сейчас вернулась за ним. — Дарья подошла ближе и протянула перед собой руку. Вид у неё был крайне серьёзный. Взгляд уверенный, будто взрослый.
— Действительно. Чего это мы? Гребень конечно красивый, но ради него ссориться… — одна из девочек удивленно распахнула глаза и выпустила гребень из своей руки. Казалось, что с неё спало наваждение, — Прости меня, сестра. Мне не стоило так себя вести. Ты ведь его первая нашла…
— Ничего, сестра. Я совсем не сержусь. И ты прости меня. А если хочешь такой гребень, я попрошу папу сделать тебе его. — вторая девочка улыбнулась. Тепло посмотрела на своего близнеца.
— Нет, не нужно. Да и у нас есть правило! Мы всё делим пополам! Странно, что мы его забыли, — черноглазая малышка рассмеялась.