Они пошли по боковому ответвлению и через какое-то время уперлись почти в отвесную стену.
— Здесь тупик, — сказал Лазутин.
— Похоже, что так и есть, — подтвердил Афанасий.
— Вы ошибаетесь, — сказал Воронин, принявший метра на два вправо. — Здесь отверстие в стене. В мой рост.
Он подошёл к нему и посветил вглубь. Луч света потерялся во мраке. Пронзительным холодом веяло из его недр.
Николай отшатнулся.
— Ты чего? — спросил Афанасий. — Там кто-то есть?
— Никого не видел. — Николай стоял в замешательстве.
— А чего же?
— Не знаю. Жутко стало. Хочется побыстрее унести отсюда ноги. — Он отступил в сторону и воскликнул: — Смотрите! Каска и фонарь.
Афанасий поднял фонарь.
— Мы такими не пользуемся.
Это был мощный аккумуляторный фонарь с большим рефлектором.
— Была фляжка, теперь каска и фонарь… Выходит, до нас здесь кто-то был.
— Кто? Заг, конечно, — убеждённо заметил Лазутин.
— Может, люди и сейчас в глубине ямы? — предположил Николай.
— Если один, то вряд ли, — рассудил Афанасий. — Неосмотрительно спускаться в яму без фонаря.
— Пойдём отсюда, — сказал Владимир Константинович, тронув за рукав Афанасия. — На меня производит страшное впечатление эта бездонная яма. Как вход в преисподнюю. Скорее на свет, на волю. Один уж, видно, поплатился… — Он бросил взгляд на каску.
— А сундук? — спросил Афанасий, глядя на спутников. — Вы что забыли про сундук? Какого фига мы сюда забрались? Вы забыли об этом? Дорога есть назад и вперёд. Вы куда, братья-однополчане? Чего вас смутила эта каска. Вы забыли про следы костра на берегу? Это, наверное, вещи тех людей, что грелись у костра. Так, что — бросим всё?
— Нет, — твёрдо ответил Николай.
Владимир Константинович вздохнул.
— Вперёд, так вперёд, — ответил он. Но по тону, как он произнёс эти слова, можно было догадаться, как нелегко они ему дались.
— Я первым полезу в эту дыру, — сказал Афанасий. — У меня такое чувство, что там мы и найдём сундук. Обвяжите меня… Так, за что нам зацепиться? Смотрите, в яму спускались! Вот штырь вбит… И верёвка… Как раньше не заметили!
В трещину гранита был вбит никелированный штырь с кольцом, к которому была привязана верёвка
— Где наша не пропадала! — воскликнул Афанасий. — Или грудь в крестах или голова в кустах.
— Осторожней! — напутствовал его Воронин. — Может, там Заговы люди…
Афанасий схватился за капроновую верёвку и пролез в яму. Луч фонаря запрыгал по стенам.
— Ну что там? — крикнул Николай, немного потравливая верёвку.
— Всё нормально. Здесь не отвесная стена, а понижается уступами. Так что не бойтесь, спускайтесь за мной.
— А шею не сломаем? — громко спросил Лазутин.
— Если она у тебя крепкая, то нет.
Минут через пятнадцать они стояли в небольшом гроте, напоминающим внутренность пирамиды.
— Кажется, это конечная наша остановка, — проговорил Николай, светя фонарём. — Здесь только один выход — откуда мы пришли.
— А вот твоя и неправда, — ответил Афанасий. — Смотри левее: видишь квадратное отверстие — оно идёт вглубь гряды.
— Теперь вижу.
— Надо добраться до него.
— Но оно высоко. Ты ж не скалолаз.
— А на что у нас кошка? — спросил Афанасий, отвязывая от пояса приспособление в виде небольшого якоря с тремя лапами. — Сейчас закинем, зацепимся и я заберусь, посмотрю что там.
— Стоит ли, — пытался его отговорить Лазутин. — Неужели ты думаешь, что бандиты туда упрятали сундук? Он же по воздуху не летает.
— Сундук они туда не упрятали, но посмотреть, куда ведёт то отверстие надо. Посветите мне туда.
Афанасий сложил бухтой капроновую бечеву, помахал кошкой кругами и кинул её в отверстие. Натянув бечёвку, убедился, что кошка зацепилась надёжно.
— Я полез, — сказал друзьям Афанасий и стал карабкаться наверх.
Он уже достиг кромки отверстия, как Лазутин закричал:
— Осторожнее, Афанасий! Оглянись! Спрячься!
Афанасий оглянулся и увидел, как из стены вырастают белые призраки и бесшумно плывут к нему. Он подтянулся на руках и очутился в квадратном туннеле.
Призраки гуськом затылок в затылок двигались из небытия и входили, вернее, вплывали в туннель, где стоял Афанасий. Они проходили мимо него в нескольких сантиметрах. Кого только не было: старики, женщины, дети. Люди были одеты в разные одежды: были в овчинах, в домотканных рубахах и портах, были воины в кольчугах и с копьями.
Афанасий заметил, как некоторые фигуры, а они напоминали светящиеся тени, миновав его, лопались, словно мыльные пузыри, а остальные двигались дальше, чтобы исчезнуть за какой-то странной решёткой. Хотя он остолбенел от напряжения, уцепившись руками за какой-то выступающий из стены болт, упершись ногами в узкий выступ туннеля, под которым была бездна, заметил, что исчезали женщины, старики и дети, продолжали движение мужчины.