Друзья встали из-за стола, Григорий подошёл первым, протянул руку:
– Привет. Григорий, Жоркин кореш, с малолеток. А это наша корефанка, а теперь моя жена, Галина, – пожав руку Любе, кивнул он на жену.
– Привет, Люба, – сказала Галя, тоже протянув Любе руку. – Давно надо было тебе приехать, а то Жорка нам все уши прожужжал: у меня дама, у меня дама! – улыбнулась она. – Проходи, раздевайся, будь как дома, – по-хозяйски скомандовала она.
– Да, Любаш, вот тебе тапки, – засуетился Егор, обрадованный тем, что всё произошло просто, без проблем.
– Спасибо, Егор, – ответила Люба, с удовольствием скинув туфли. – Вы не поверите, ребята, как я разволновалась, когда Егор сказал, что он дома не один. Хотела уже завернуть его, да он так вспыхнул, что, думаю, сгорим вместе с ним в машине.
Егор улыбался, понимая, что Любино многословие, это способ стряхнуть с себя груз неловкости, как можно быстрее раскрепоститься. Между тем все расселись за столом, а Галя наложила всем пельменей. Григорий достал из холодильника бутылку водки, распечатал и налил в стопки.
«Они и вправду, как родные, – подумала Люба, – у меня гости обычно в холодильник, без спроса, не заглядывают».
– Ну, что, за знакомство? – произнёс Егор, подняв стопку. – Вы теперь видите, – обратился он к друзьям, – что не зря я стоял на своём? Надеюсь, сейчас вы меня понимаете.
– О чём это ты, Егор? – спросила Люба.
– Люба, да ты не видишь, что ли? – воскликнул Григорий, как старой знакомой. – Парень конкретно запал на тебя, даже говорит так, что не поймёшь о чём.
– Да это он не поправился ещё, – вставила Галина. – Ты у меня и так-то говоришь, одна я понимаю, а Егора как трахнули по голове, так и у него язык стал заплетаться.
Егор кинул на неё осуждающий взгляд, подумав, что забыл предупредить друзей, но было поздно – Люба услышала её слова.
– Когда его трахнули?.. Кто?.. – удивлённо спросила она.
Егор поспешил исправить положение:
– Да не слушай ты их, Любаш! Давайте-ка выпьем, что её греть-то? Ну?! – он поднял стопку.
Чокнулись, выпили.
– Хху! – выдохнул Григорий, и, взяв щепоть солёной капусты, кинул её в рот – захрустел. – Капуста у тебя, корефан, классная. Моя старуха так не умеет солить. А где бруснику берёшь?
– Да где, на рынке на днях купил. Ты бы попробовал закусить брусничкой-то, вот это вещь. Любаш, попробуй! – пододвинул он блюдце с брусникой, посыпанной сахаром Любе.
– Нет, ты что, Егор? Я кислое вообще не переношу. Ты давай-ка, рассказывай, что тут с тобой случилось? – настаивала она.
– А ты что, не знала? – спросила её Галина, теперь удивлённо посмотрев на Егора. – А я, дура, проболталась.
– Да ну, Галь… – смутился Егор. – Люб, да ничего страшного не произошло… – оправдываясь, начал он. – Так, цапанулся с пацанами… Ну…, помнишь, я телефон потерял? Вырубили меня маленько, а телефон спёрли, заразы.
– И где, когда? Когда от меня ехал? – спросила встревожено Люба, едва притронувшись к закускам.
Егору пришлось рассказать ту историю. О сломанной ключице он умолчал и Галя, понявшая, что допустила оплошность, тоже не стала дополнять его рассказ подробностями. Наконец эта тема была исчерпана и Егор, распаренный баней и водкой, предложил потанцевать.
– А можно, я сначала дом посмотрю? – спросила Люба. – Я никогда не была в двухэтажном доме, мне так интересно!
– Галь, покажи Любе дом, – попросил Егор, – а мы с Григорием выйдем, покурим.
– Идите уж, а то у Гришки уши уже посинели, – пошутила она. – Пойдём, Люба, посмотришь, как живут советские холостяки.
Все встали из-за стола, друзья, накинув куртки, вышли в другую дверь, ведущую в сад. Они сели на лавку, стоявшую у мангала, закурили. На яблоне в глубине сада запел соловей. Григорий, вальяжно откинувшись на спинку лавки, произнёс:
– Высокая…
– Ты о чём? – спросил его Егор, запахнув куртку.
– Люба, говорю, высокая девчонка. Как ты с ней себя чувствуешь? Не комплексуешь?
– Я-то? – переспросил Егор. – Да как тебе сказать, – поначалу комплексовал, когда познакомились. А когда потянуло к ней, тогда про это даже и не думал… Правда, она комплексует, все женихи, говорит, были выше её ростом.
– Не знаю…, – сказал Григорий. – Девка она, что и говорить…, заслуживает внимания! – улыбнулся он, хлопнув Егора по плечу.