Ровно в десять часов она всё-таки заставила себя подняться с кровати, вспомнив, какие у них с отцом сегодня планы. Не стоило терять драгоценное время, ведь неизвестно, сколько ещё она здесь пробудет.
Умывшись и приведя в порядок свои длинные волосы, девушка вышла в гостиную, но отца там не застала. Как и на кухне, в которой стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов. На холодильнике висела записка:
«Я ненадолго отлучился в школу, вернусь к обеду.»
Прочтя предложение, Олеся слегка улыбнулась оттого, как оно было преподнесено. Не в смс, не по телефону, а по-старинке, как раньше. Ощущение, что она вернулась домой, вновь начало усиливаться.
Когда ситуация прояснилась, Леся решила приготовить завтрак, а заодно и обед, это заняло почти два часа. Закончила она в тот самый миг, когда джип отца загудел под окнами, а через некоторое время на пороге оказался и он сам.
- Какой приятный запах, неужели это курочка? - почти пропел мужчина, скинув с себя обувь. Он редко посвящал себя готовке последнее время. Сначала ремонт, а затем школа начали занимать значительную часть его жизни. Теперь же, глядя на свою дочь у плиты и вдыхая приятный аромат её стряпни, на душе становилось значительно теплее.
- Да, и спагетти, - ответила девушка, когда Григорий оказался на кухне. - Едва успела к твоему приходу.
- Спасибо, милая, уверен, очень вкусно.
С этими словами он ополоснул руки в раковине, сел за стол и позволил дочери за ним поухаживать. Налив чай и поставив тарелки с едой, девушка присоединилась к отцу за обедом.
Часы на стене отбивали стрекочущий ритм, а из открытой форточки доносилась гамма звуков. То был и шелест сирени с черемухой, и звонкие детские голоса, и звуки маленьких колес самокатов с велосипедами, и чьи-то громкие каблуки по асфальту. Всё это скручивалось в один клубок под названием «летняя композиция двора» и вызывало чувство оживленности. Отец с дочерью звенели столовыми приборами под общий хор, внося в него свою частичку жизни.
- Ты звонил маме? - поинтересовалась наконец Леся. Ей не терпелось узнать, поедет ли та с ними на озеро.
- Да, - ответил отец, прожевав кусочек курицы.
- Ну так что, она с нами? - допытывалась девушка.
- Нет, детка, она не поедет, - тихо ответил он, опустив глаза на тарелку.
- Так я и думала, - так же тихо произнесла она.
Олеся была разочарована и зла на мать, она искренне её не понимала. «И почему эта женщина такая упрямая? Ведь она сама ждала встречи с папой не меньше моего..» - думала про себя девушка, но ее размышления прервали.
- Уверен, мы все равно повеселимся, - с грустной улыбкой произнес отец.
- Конечно, - ответила Олеся и тоже улыбнулась.
Последние глотки чая были выпиты, а обед съеден. День за окном предвещал только хорошее на сегодня, судя по ясной, теплой погоде.
- Тогда бери купальник и полотенце, мы едем сейчас же, - сказал Григорий, встав из-за стола и убирая посуду в раковину.
Девушка не заставила себя долго ждать. Она быстренько упорхнула в свою спальню и принялась переодеваться. Надев на себя свой синий купальник, а поверх него джинсовые шорты и футболку, которая была на размер больше положенного, со сборами было покончено.
Леся обожала носить свободные кофты и майки, в особенности мужские. Большинство своих футболок она покупала в мужском отделе, потому что там она не мучилась от тошнотворных страз и поросячьего розового цвета. Елена, на удивление, не навязывала своего мнения в плане одежды, что очень радовало Олесю. В остальном же, мать была довольно строгой, а иногда и попусту невыносимой.
В рюкзак Леся убрала полотенце и бутылку воды, хотя была уверена, что папа уж об этом точно позаботился. После коротких сборов она мигом прыгнула в свои Vans и выскочила из квартиры.
Во дворе её уже поджидал Григорий. Он копался в багажнике джипа, но увидев дочь, отстранился.
- Прекрасно выглядишь, - весело сказал он, вытирая руки о полотенце.
Олеся ничего не ответила, лишь улыбнулась и села в машину. После десяти минут копаний, отец всё же присоединился к ней, усевшись за руль.
- Как же долго я ждал этого дня, - произнес он, глядя вперёд. Казалось, все его внимание было устремлено на дорогу, но это было не так. Григорий не знал, как себя вести, ему было неловко и стыдно за свою трусость и мягкотелость.
- Я тоже, - ответила дочь искренне и без капли упрека в голосе. Такой уж она была: не злопамятной и понимающей.
Весь оставшийся путь до озера они молчали. Олеся снова крутилась по сторонам и пыталась уловить все интересные уголки этого кусочка цивилизации, фантазируя, что и в каких зданиях находится. Григорий лишь время от времени поглядывал в её сторону и радовался, что наконец встретился с дочерью, а после вновь устремлял свой взор на дорогу и слушал радио.