- Нет! - вскрикнула Леся, закрыв рот рукой. - Не может быть...
- По твоему, это единственное, что может показаться невозможным? - горько улыбнулся блондин и провел пальцами по краешку бумаги. На нем были имена: "Лала и Инкубус".
Девушка продолжала держать ладонь около губ, а глаза её лезли на лоб от увиденного. Сон мгновенно становился реальностью и она была его частью.
- Мой настоящий отец - астральный демон, - холодно произнес Алексей и захлопнул альбом. - Именно поэтому я был другим, с самого детства. Держу пари, не пролей я свою кровь тогда по всей местности, мне бы все равно были открыты любые двери, ведь я лишь на половину человек. - он отшвырнул альбом в сторону, отчего девушка незаметно вздрогнула. - Но на этот счет я не спрашивал его, мне было все равно.
- Теперь... - запинаясь, сказала Леся, - всё немного логичнее. Правда, в голове не укладывается...
Алексей понимающе кивнул. Он ожидал более острой реакции: криков, попыток сбежать, избегания его, как монстра. По сути, он себя и считал таковым - дитя цыганки и демона не могло быть ничем иным. Но девушка молчала и слушала его историю с любопытством и неподдельным шоком. Даже не сторонилась его так долго, как он думал, это будет происходить.
- Чего ты ещё хочешь узнать, Олеся? - спросил он её как можно нежнее. Теперь вся его сущность могла стать омерзительной для девушки и Алексей этого безумно боялся.
- Как ты... заставляешь людей делать то, чего они не хотят? - произнесла она в нерешительности.
- Внушение мне досталось от Инкубуса, как основная сила. Я также имею множество других магических способностей, но не использую их.
- Но... - прошептала Леся тихо, - не всегда я слушалась тебя, верно?
- Верно, - улыбнулся Алексей и прикоснулся большим пальцем к щеке девушки. - Ты особенная. Не знаю, как это проявится в будущем, но я точно уверен, что ты не обычный человек.
Девушка отвернулась и рука парня застыла в воздухе. Леся была зла на парня и злость её опять рвалась наружу. Как он мог так поступить? Быть заточенной в одном месте и врагу не пожелаешь, а он говорит о какой-то любви.
- Ты конченый эгоист, - процедила она сквозь зубы и встала с места. - Как ты мог?!
На глаза навернулись слёзы. Он не подумал ни о ком, кроме себя самого. Чувства других его не волновали, её чувства в том числе. Девушка отошла к окну и, отвернувшись, начала всхлипывать.
Алексей подошёл сзади и накрыл её своими руками. Леся тихонько плакала в его объятиях и не вырывалась.
- Да, я знаю, - прошептал он своим нежным голосом. - Я не подумал, что ты почувствуешь, когда проснешься. Хочешь, я исчезну? Буду на озере хоть век сидеть! Это будет моим наказанием за содеянное.
Девушка повернулась и заплаканное лицо её искажало протест. Она прильнула к его груди и, дрожа всем телом, произнесла:
- Нет. Ты ещё не всё рассказал.
Парень закрыл глаза и растворился в объятиях любимой окончательно. Он чувствовал, как бы глупо это не звучало, но чувствовал себя живее, чем тогда, в 1844, когда ещё дышал и радовался солнцу. Он впервые полюбил девушку, спустя столько лет скитаний по кругу невидимой тенью.
Когда Леся успокоилась, то снова присела на своё место и Алексей последовал её примеру. Выжидающе, он глядел на неё и готовился к следующему вопросу.
- Значит, я не смогу выйти отсюда никогда? - спросила она дрожащим голосом. Надежда на то, что есть способ выбраться, не покидала её.
- Можешь, - ответил нехотя блондин. - Но ненадолго и в определенные дни.
- В какие?! - воскликнула девушка и просияла.
- Те, кто лишился жизни в четырех стенах, не могут выйти за пределы их по одному желанию. Исключение я уже назвал - пролить кровь перед смертью. И все же, есть такие дни, когда любая душа может почувствовать себя живой. Кроме того, в последнюю неделю октября духи даже могут материализоваться. В этот период, когда наступает праздник мертвых, души умерших снова чувствуют себя живыми, могут передвигаться, где вздумается, чувствовать всё, как живые люди и даже становятся видимыми. В остальное же время, люди как таковые, не видят нас и не ощущают нашего присутствия.
- Но, я ведь тебя видела, - настаивала Леся, - и девочка на озере...
- Да, - мягко произнес Алексей, - так и есть. По всей видимости, та малышка обладает чем-то, как и ты между прочим. Обычные люди, закрытые от магии - намеренно или нет, не в состоянии нас обнаружить.
Девушка вздохнула с горечью. Перспектива, что она может быть необычным человеком, сейчас не волновала её. Она лишь с грустью осознала, что только раз в год сможет ощутить себя живой снова и при этом не сможет обнять родных.
- Значит, лишь неделя октября... - прошептала она и опустила ресницы в пол.