Ладно, пусть думает, что хочет.
— Прекрасно! — воскликнула маменька на весь обеденный зал. — Подумать только, маркиз де Виардо. О боги, Элайза, дорогая, тебе несказанно повезло. Тебе срочно нужно привести себя в порядок. Ступай. Изабель, будь добра, помоги сестре.
Мы немедля поднялись с сестрой в ее комнату. Дэнис мог вот-вот появиться, а сестра все еще не готова. В таком виде принимать гостья, это, во-первых, неуважение к нему, а во-вторых, к себе.
В гардеробе Элайзы было множество прелестных нарядов. Но сегодня ей нужно было надеть что-то особенное. Пока сестра расчесывала волосы, я решила заняться выбором ее платья, и мне приглянулись сразу два. Первое платье бежевое, с кружевными вставками, со спадающими плечами. Юбка была настолько воздушная и многослойная, создавалось впечатление, что это раскрывшийся бутон розы. Глубокое декольте не смотрелось пошло и вульгарно, а очень даже гармонично. Лиф так же поддерживали две жемчужные полоски, перекинутые через плечи и спадали на плечи.
— Я попросила его, чтобы обручение прошло в семейном кругу, — неожиданно нарушила тишину Элайза. — Ни к чему вся эта мишура. И я уверена, придворные не упустят такой возможности, чтобы бросить в мою сторону колкие замечания. Я этого стерпеть не смогу, Изабель.
— А что на это сказал Дэнис, он согласился?
Сестра утвердительно кивнула.
— Согласился, но сказал, что бал в честь помолвки в любом случае устроит, мол, не пристало маркизу тайно жениться.
И когда они успели обо всем этом переговорить?
Сестра вновь отвернулась от меня и приняв это за «разговор окончен», я стала рассматривать второе платье. Розово-коричневый цвет был настолько нежным и глубоким. Не настолько пышная юбка, как в первом платье, но вполне элегантное и женственное. Платье было достаточно закрытым, рукава-баллоны и струящийся водопадом шлейф.
— Сестра, смотри какие они восхитительные. Какое хочешь надеть? Я бы на твоем месте надела это, — я показала ей первое платье. — Оно такое нежное и воздушное, словно соткано из самого нежного облака.
— Я надену розово-коричневое, а ты можешь надеть это, если оно тебе так приглянулось, — она одобряюще улыбнулась мне. Взяв с туалетного столика шпильку, закрепила последнюю прядь волос.
— Нет, Элайза, это тебе сегодня стоит быть красивой, тебе и надевать это платье.
Сестра подошла ко мне и забрала то платье, которое выбрала сама.
— Я же сказала, что надену это. Мне этот фасон больше нравится…
Договорить сестра не успела. С улицы донеслось лошадиное ржание и звуки колес. То ли мы так долго готовились, то ли маркиз в нетерпении решил приехать пораньше, непонятно. Ну, или кого там занесло к нам? Что бы подтвердить свои догадки, мы с сестрой бросились к балкону. Но то, что пришлось увидеть, напрочь испортило мне настроение. Из кареты, с гербом рода де Альфонс, вышел Кристоф, а за ним и сам лорд Дэнис. Но последний волновал меня не столь сильно, как первый.
Каких демонов он заявился сюда?
Я наблюдала за Кристофом неотрывно, не мигая. Трудно было не заметить недовольства на лице герцога, хоть он и старательно пытался скрыть это. Отец с братом вышли поприветствовать гостей. При виде их, Его Светлость плотно сжал челюсти, даже не удосужившись кивнуть головой.
Какой же он все-таки невоспитанный хам.
— Да что с тобой такое, Изабель? — недовольно пробормотала сестра, заметив мое оцепенение. — Я тебя зову и зову.
На ее нервный голос гости тут же отреагировали и устремили взоры к балкону. Любопытная пара глаз уставилась на меня. Я не стала отводить взгляда от Кристофа, распрямила плечи и выдержала его пристальный взгляд, чего не могла бы сделать еще пару недель назад. Улыбнулась ему обезоруживающей улыбкой, от чего глаза герцога недобро сверкнули, и, совершенно спокойная, вошла обратно в комнату.
Лишь внешне спокойная. Мне с трудом удалось сдержать внутреннее волнение, не дав ему прорваться наружу. Стоило взглянуть на него, как мое сердце бешено колотилось у горла, и непонятная тревога сковывала все тело.
Сестра давно уже готовая, стояла у двери, ждала только меня. С ее помощью я надела понравившееся мне бежевое платье, волосы решила распустить. Я не видела смысла особо наряжаться, однако, правила приличия обязывали. Негоже появляться перед почтенными гостьями в неподобающем виде.