Тетя смотрела на меня удовлетворенно.
— Мы подумывали, стоит ли тебе нанять учителя по этикету, но в этом нет надобности. Мы видим, что ты хорошо обучена. А теперь ступай отдохни и хорошенько выспись. Антуан, проводи миледи в ее покои, — обратилась она уже к дворецкому.
Пока Антуан шел впереди, по длинным, хорошо освещенным коридорам, я рассматривала сад, озаренный лунным светом, что был так хорошо виден через окна. Я обязательно как-нибудь схожу туда, чтобы получше рассмотреть все при свете дня.
Антуан резко остановился и указал на бежевую резную дверь, с золотыми узорами. Она выглядела настолько красиво, что я несколько минут стояла и разглядывала каждую деталь двери, прежде чем зайти в комнату. Невольно я улыбнулась и все же зашла. У меня остановилось дыхание при виде всего этого убранства. Все было в бежевых тонах, идеально гармонирующих с золотистыми узорами на потолках.
Я легла на огромной кровати, с балдахином и с облегчением выдохнула. Казалось, с этого момента все будет хорошо. Но на душе все так же было беспокойно. Мысль о том, что мне нужно будет все же выйти замуж, хоть и не за герцога, а за другого, не давала покоя.
Я и сама не заметила, как провалилась в блаженный сон, который сумел избавить меня от лишних дум.
Лучи полуденного солнца пробивались сквозь прозрачные тюли, медленно заставляя проснуться от сладкого сна. Впервые мне не снились кошмары. Неужели это все из-за того, что я далеко от Альгестина?
«И кто только додумался распахнуть портьеры», — раздраженно подумала я.
Стон разочарования вырвался из моей груди, когда я услышала голос горничной. Потянулась в постели и, распахнув сонные глаза, уставилась на девушку, ставшую причиной моего пробуждения. Ведь если бы не она, то солнце не разбудило бы меня.
Вчера для меня было приготовлена ночная сорочка, которую я надела после расслабляющей ванны. Распахнула окно, впуская в комнату свежий воздух, смешанный со сладковато-душистым ароматом цветов, который разгонял духоту, принося долгожданную желанную прохладу, «вымывая» из легких углекислый газ, прочищая разум, прогоняя плохие воспоминания пережитого дня.
Аппетит у меня был хороший, тем более, если вчера пришлось довольствоваться только несчастным йогуртом, который и едой не назовешь. Быстро справившись с завтраком, который принесла в мою комнату прислуга, я спустилась в гостиную с помощью той же горничной и стала свидетельницей весьма неприятной картины. Моя тетушка держала в руках кружевное белье, спорила с незнакомой леди, которая сидела на софе, изящно выгнув спину и держала в руках эскизы нарядов.
— Понимаете, мы должны затмить всех, — глаза тетушки горели энтузиазмом. — А вот и наша красавица! — жеманно растягивая слова, произнесла она.
Женщина, видимо портниха, привстала и сделала книксен в мою сторону.
— Проходи, дорогая наша, садись, я тебя познакомлю с мадам Дорин, самой популярной модисткой в Мирамаре. Ее золотые ручки способны сотворить даже из простой ткани произведение искусства.
— Ну что вы, Ваше Сиятельство, вы меня смущаете, — приторно проговорила та. По ней и не скажешь, что она была смущена. Ее русые волосы были взбиты в высокую прическу, сама дама была одета в синее платье с глубоким декольте, украшенное вышивкой и россыпью красных камней.
И как ей только не жарко в разгар дня?
Я слышала об этой модистке, она действительно была популярна, но не только в Миромаре. Конечно же в столице она так же была востребована, и попасть к ней было весьма трудно. Некоторые записывались за месяц, и было удачей, если удавалось попасть именно к ней, а не к ее помощницам.
Мадам Дорин окинула меня профессиональным взглядом и немного задумалась, рассматривая мое лицо.
— У вашей племянницы невероятная внешность. Бледная кожа, черные, как смоль, волосы и безумно глубокие синие глаза, — принялась она перечислять. — Увидев эту красавицу, ни один лорд не останется равнодушным.
— Вы успеете за столь короткий срок приготовить необходимые наряды? — нахмурилась тетушка. — Ведь бал уже завтра.