— Что же ты делаешь, Изабель, а ну вернись, — дуэнья все еще стояла в саду и не решалась подойти ко мне. — Милочка, леди не пристало вести себя подобным образом.
Я продолжала кружиться под дождем, а голос дуэньи наконец-то утих. Возможно, она поняла, что не сумеет убедить меня.
Чья-то крепкая рука выдернула меня из того прекрасного, спокойно мира, куда я успела перебраться на несколько мгновений.
— Госпожа Белинда, я же сказала… — я развернулась и хотела вырваться из цепких рук, но увидев его — тут же притихла. Не от того, что испугалась Кристофа. Перед глазами пронесся тот момент, когда он спас меня от хищного зверя.
Тот же обжигающий взгляд, манящие губы, промокшие волосы. Он снова был в белой рубахе, словно заранее знал, что пойдет дождь. Я невольно опустила глаза ниже и стала жадно рассматривать его крепкое тело, которое можно было с легкостью разглядеть под прилипшей мокрой рубашкой.
Я подняла взгляд, и мои удивленные глаза встретились с серыми, горевшими желанием, глазами. Никогда еще я не видела его таким, Кристоф будто переменился, стал другим, словно этот дождь смыл все его высокомерие, равнодушие ко мне, которое так отчетливо читалось в его глазах. Его взгляд завораживал меня, и я никак не могла перестать смотреть на них.
— Что ты делаешь, Изабель? — он самодовольно улыбнулся, увидев, как я откровенно рассматриваю его.
Одной рукой он все еще держал меня за локоть, второй он скользнул по моей щеке, его рука провела по волосам, заправляя прядь за ухо.
— Кхм…простите, я… вы меня сильно напугали, — я постаралась унять дрожь в голосе. — Не могли бы вы отпустить меня, — я прикусила губу и отвела взгляд в сторону.
Я вскрикнула, когда он резко притянул меня к себе и прижал к груди. Он не дал распространиться крику, заставив замолчать меня довольно-таки грубым поцелуем. Обхватив мою талию, еще сильнее потянул к себе. Через промокшую одежду, я отчетливо чувствовала желание и жар его тела. Это безумие пугало меня, непонятное чувство, которое росло внизу живота. Я плотно сжала губы и попыталась оттолкнуть Кристофа. Глупо было надеяться, что я смогу справиться с ним.
Герцог провел языком по моим губам, и почувствовав прикус на нижней губе, я застонала от боли, и воспользовавшись моментом, Кристоф проник внутрь. Больше не было сил противиться, поддалась магии поцелуя. До этого грубый, бесчувственный поцелуй, которым он словно бы пытался заклеймить меня, сменился на страстный и нежный. Это был шквал ярких, ранее неведомых ощущений: прикосновения, стоны, обжигающие поцелуи. По телу пробежала томная дрожь, и я запустила руку в его волосы.
«Наконец-то», — подумала я. Как же давно я желала прикоснуться к ним. Его мягкие, как шелк, волосы струились меж моих пальцев.
В следующий миг горло, словно захлестнуло цепью, стало трудно дышать, в ушах зазвенело, голова закружилось. Если бы Кристоф не прижимал меня так крепко к себе, то я бы тут же распласталась на мокрой земле. Мои обмякшие руки опустились на его плечи. Герцог, увидев мое полубессознательное состояние, тут же подхватил на руки и понес в сторону особняка.
Дождь давно уже прекратился, оставив после себя приятную прохладу, которая не давала мне полностью потерять сознание. Как же я любила запах после дождя, он приятно освежал и давал возможность испытать вкус свободы и спокойствия. Вдохнув полной грудью, я взглянула на взволнованного Кристофа.
Очередной звон в ушах заставил зажмуриться и сжать в ладони рубаху герцога, за которую я отчаянно вцепилась, кажется, ткань даже затрещала. Перед глазами стали проноситься странные картины, которые я, словно бы знала, и они были частью моей жизни.
Мое сознание, будто пронеслось в другое пространство. Странное чувство дежавю, что возникло у меня, едва только я взглянула на серые глаза. Это был Кристоф, но не тот на руках которого я лежала. Мужчина надвигался на меня, а я от чего-то пятилась назад. Нога чуть скользнула и едва удержав равновесие, я отпрянула в сторону. Сзади меня было озеро, ядовито-синее. Озеро скорби. Но не было вокруг него привычных синих роз. Кристоф все продолжал наступать, загоняя меня в ловушку.