– Не слушай никого, – коротко бросил Адриан и коснулся ладонью шеи лошади. Животное никак не отреагировало на это прикосновение, продолжая мирно щипать траву. Он не испытал никаких ощущений, кроме тех, что сам смог себе вообразить. Он не знал, как это бывает в живом мире и какие на самом деле он должен испытывать сейчас чувства. Но он хотел верить, что гладить животное – это приятно. Он не собирался открываться Анне так, как открылся Доминике, он не испытывал к ней и половину тех чувств, что испытывал к Нике. Как бы он хотел, чтобы она оказалась сейчас рядом с ним, он был уверен, что она так же прикоснулась бы к лошади. Она смогла бы рассказать ему, что при этом он должен ощущать. Быть может, он смог бы в своём воображении хоть немного приблизиться к этому ощущению.
Анна нахмурилась, было видно, что ей не особо понравился их разговор, и она лишь протяжно вздохнула. Постояв немного, она попыталась позвать его за собой в мир мёртвых, однако он пожелал остаться здесь.
Доминика вернулась домой к вечеру и первым делом отправилась в свою комнату. Она хотела успокоить свои переживания и немного отвлечься, но у неё это плохо получалось. Она переживала за свою семью, своих близких и думала лишь о том, как поскорее вернуться в мир живых и прекратить их пустые ссоры. Она жаждала поделиться с ними обретёнными знаниями и уберечь их от ошибок.
Как только она зашла в свою комнату, то сразу ощутила, что в ней что-то не так. Внешне все предметы находились на своих местах, будто бы всё так и было, когда она покидала её с утра. Однако в воздухе будто бы что-то витало, будто бы кто-то оставил здесь свой невидимый след.
Доминика аккуратно прикрыла дверь и подошла к шкафу, первым делом она осмотрела свои полки. Она не знала, что может там потеряться, ведь везде была сложена одежда одного вида и фасона. После того, как она проснулась, она лишилась возможности менять свои наряды. В её тетрадках так же был порядок, да и ценных вещей у неё не было. Придя к выводу, что ей показалось, она прилегла на кровать, решив немного передохнуть, и к тому же её окутала лёгкая слабость. Она устала от переживаний и хотела покоя, и лучше всего её успокаивала панель, подаренная Аристархом Георгиевичем. Мысль о том, что она может прикоснуться к Адриану, пусть и изображённому там и при этом не быть отвергнутой, грела её, и она провела рукой под подушкой. Она прятала её там, чтобы никто не мог увидеть её маленький секрет. Когда она ощутила лишь холод и не наткнулась на панель, её окутал страх. Ей показалось, будто бы её погрузило в холод, и она начала разворачивать свою постель. Под второй подушкой тоже ничего не оказалось, так же и под одеялом. Ника залезла под кровать и полностью развернула полки шкафов, однако заветной панели нигде не было. Теперь она поняла, что у неё украли. Панель с изображённым Адрианом – была единственной дорогой вещью в мире мёртвых. Больше, кроме жизни, у неё нечего брать.
Она сама не ожидала, что расстроится настолько сильно. В её душе поселилась тоска, и она попросту села на пол, как беспомощный маленький ребёнок, у которого отобрали игрушку. Обняв свои колени, она старалась понять, где могла потерять панель или кто бы мог её украсть. Все её мысли крутились вокруг Анны, но она старательно отгоняла их от себя. Анна не могла, она даже не знала, что подобная панель у неё существует, да и зачем она ей, когда у неё есть Адриан?
Чувствуя себя подавлено, девушка поднялась и отправилась на кухню, где на полу ещё лежали лепестки от цветов, которые с утра Анна безжалостно разрывала. Она села за стол и взяла в руки увядшую ромашку, которая потеряла свою былую упругость и красоту. Ника смотрела на неё, и ей казалось, что она похожа на эту ромашку. С каждым днём в этом городе она теряет свои жизненные силы, отчаивается, увядает. Ей кажется, будто Ангел вовсе не придёт, и она станет узницей этого страшного мира.
– Ты грустишь, – послышалось со стороны. Пришёл Аристарх Георгиевич, держа в руках складной ножик. Он не спрашивал Нику, он произнёс свою фразу как факт, и совершенно не нуждался в подтверждении. Подойдя к столу, он, кряхтя, сел за него и взглянул в глаза девушки. – В твоих глазах пустота, точно я смотрю в глаза мёртвого. Что случилось?
– Мне так жаль… – Ника сама не ожидала, что простые вопросы вызовут в ней такие эмоции. Она пыталась сдержать слёзы, но у неё ничего не получилось. Она испытывала вину перед стариком. – Я потеряла вашу панель, ваш подарок…. Я всё обыскала, я не знаю, где она… – Доминика не могла смотреть на старика, она тут же закрыла ладонями своё лицо и постаралась унять боль в груди.