Слова о веселье надежно впечатались в сознание, а ноги сами просились в пляс. Я была готова сделать все, что угодно, для этого господина, лишь бы он включил музыку.
— Господин Равэль, — со снисходительной грозностью поправил меня пират, при этом облизнул свой большой палец и стер переизбыток косметики с моего лба над бровью. — А ты пахнешь деньгами, — он причмокнул. — Я спас тебя, и это надо отработать. Недолго, лет двести.
Я его почти не слушала, лишь слегка напевала себе под нос, желая взять за руку кого-нибудь из моих новых подружек.
— Кайли готова веселиться, — заявила Давия. — Другие девушки уже внизу?
— Хорошо, — не заметив вопроса рабыни, господин Равэль задумался. — С этого дня тебя зовут Наиша, запомни, — он одобрительно кивнул сам себе и достал из-за пояса флягу.
Я точно не уверена, но Наиша на земном языке звучало бы как «морская пена, выброшенная на берег, но оставшаяся белой». Звучит немного необычно, но красиво. Лучше, чем мое прежнее имя. Мое звучало… Стоп! Как мое имя? Настоящее… Я забыла. Как меня зовут?! Я не могу вспомнить.
В голову начали возвращаться страшные мысли. Проклятая трава, это после нее мне стало так «хорошо». Вот, как они одурманивают мозги — дают девушкам чудо-водоросли, и те забывают обо всем на свете, желая только плясок и блестящих штучек. Мне необходимо вспомнить свое имя — это ключ к реальности. Но как? Я даже не могу воскресить в памяти ни одной сцены из своей жизни.
Как я ни старалась, на ум приходила лишь пресловутая тарабарщина. Совсем отчаявшись, я почти смирилась с завесой беспамятства, как вдруг из глубины подсознания услышала голос мамы: «Кайли, иди завтракать». — Фраза из небеззаботного детства.
Я вспомнила! Все вернулось — мое прежнее состояние. Действие местного камыша прошло, и стало очень плохо на душе… опять. Появилась мысль немедленно съесть еще пару травинок и вернуть свое счастливое забвение. Но я быстро передумала, когда по-новому взглянула на хозяина Дома Сладостей.
О, ужас! Мерзкое создание из самых страшных сказок, после которых бедных детей нужно будет не один месяц водить к психоаналитику. Он выглядел так же, только посмотрела я на него «трезвыми глазами». По спине поползли мурашки. Теперь понятно, почему он сразу не пришел, пока я не перекусила дурман-травой: если бы меня разбудило ЭТО, я бы поседела и наверняка стала заикой. А вот две дурочки, прыгающие вокруг монстра, как и я минуту назад, совсем не брезговали. Я опешила, и испустила тихий крик.
— Что с тобой, Наиша? — спросила Давия, среагировав округленными глазами.
Имя-то какое дурацкое придумал этот урод. Нельзя, чтобы он понял, что я очухалась, иначе опять накормят отравой для мозгов.
Надо захватить пучок для новой подружки Джозефа, он будет счастлив такому подарку. Для него всегда радостная, ничего не соображающая кукла — лучшая партия.
Буду дальше строить из себя «веселушку», это я умею. Потом найду выход и сбегу отсюда.
— Ноги еще не до конца меня слушаются, — ответила я брюнетке, лыбясь. Затем, нагнувшись, подняла с пола бусину, сделав вид, что наступила на нее.
— Брось это, и идем танцевать.
Девушки подхватили меня под руки, и мы вприпрыжку последовали за нашим хозяином.
***
Пока мы спускались вниз по спиралевидной лестнице с тонкими перилами, стремящимися повторить изгиб и орнамент змеиных тел, голоса оживленной публики становились все громче.
Я поддерживала шутки довольных нимф, играя состояние отупления.
Господин Равэль остановился перед большой дверью с массивными железными ручками. На оловянных ставнях были высечены сцены плотских утех женщин с большими буферами и мужчин с огромными «достоинствами». Создатель сего шедевра явно был закомплексованным извращенцем, раз столь сильно преувеличил возможности своих персонажей. Если он вообще был человеком.
— Ну что, девочки, вперед за денежками! — подбодрил нас сутенер, и выпустил к толпе, словно скотину из загона.
Я увидела огромный зал, выполненный в стиле, похожем на версальский. Только натянут он был на пещерный антураж. Каменные стены, все так же без окон, были украшены зеленым и красным бархатными полотнами в тон мягкой мебели. По всему периметру неприлично маячили золотые рамы. Оттуда смотрели на гостей картины с изображениями, напоминающими рисунок на дверях.
За круглыми столиками с коваными ножками сидели мужчины разных возрастов, одетые на любой вкус. Кто-то был в форме, некоторые в костюмах как истинные джентльмены, были носители облачения морских волков, кто-то выглядел совсем по-современному. Можно было встретить одежду от пиратской треуголки до фирменной бейсболки. Я сделала вывод, что тонули они в разные эпохи, и некоторым не одна сотня лет.