Глубокое дыхание мужчины на мгновение остановилось вовсе, улыбка исчезла с лица, и он пристально посмотрел мне в глаза. Между нашими носами не было и десяти сантиметров, и мне даже показалось, что он хочет меня ударить. За отказ. Мною почему-то овладело чувство вины, непонятно откуда взявшееся.
- Хорошо, можешь немного сопротивляться, - ноты изумления в его образе сменилось нейтральным предупреждающим позывом, словно это было затишье перед бурей. Я встала на ноги, а он все еще не отрывал от меня глаз, смотря снизу, как зверь перед атакой. «Черт, если он позволит мне сейчас уйти, я точно напьюсь». – Но недолго.
В один момент он подхватил меня за талию и перенес к ближайшему дереву так, что я оказалась лицом к зловещему лесу. Я ощутила себя невесомой пушинкой в его руках, блондин приподнял меня, не давая коснуться земли и прижал позвоночником к стволу. Оказалось, я его лишь раззадорила. Вновь сверкнула улыбка, только теперь мартовский кот превратился в хищного тигра. Моя пятая точка повисла в воздухе, ноги машинально обвили его бедра, и я, как никогда была рада этой скованности движений.
- Брила-а-ард, отпусти, - зачем-то тихо повторяла я, хотя уже расстегивала верхнюю пуговицу около его кадыка, пока он жадно изучал губами мои жабры.
Странное и, одновременно, обалденное ощущение. Как будто бы новая эрогенная зона, складки становились влажными от его языка и сами по себе.
- Ты ведь этого хочешь. Не останавливай меня.
Пока я впитывала его голос, мне казалось, что в темноте леса проносятся бестелесные зрители, но это лишь подогревало желание и заставляло пальцы сильнее впиваться в пепельные волосы, которые так контрастно играли с казавшимся почти черным при отсутствии света лицом Владыки.
Он уже во всю мял мои бедра, но ему показалось мало, и он просунул руку сзади моих эластичных брюк. Ягодицы оказались полностью оккупированы тестостероном. Блондин управлялся с ними как искусный пекарь с поднявшимся тестом – сильно и нежно одновременно.
Мысль: «Больше эта надменная скотина до меня не дотронется» сменилась: «Да сними же ты с меня эти чертовы штаны». Он читал это в моих глазах, периодически прерывая увлажнение зоны декольте, чтобы рассмотреть лицо. После очередного такого взгляда на разгоряченную девушку, он впился в мои губы, а его ладонь так же осталась внутри моих брюк, но уже спереди. Сквозь страстный поцелуй вырвался женский стон. Он изо всех сил пытался заглушить губами его последователей, не останавливая при этом свои пальцы между моих ног. Он дразнил меня, не входя во внутрь, отчего я била кулаками его по спине. Как же ему это нравилось. Он рычал и сдерживал улыбку. Я чувствовала это по иногда напрягающимся пухлым губам. Брилард начал задавать ритм своей руке внизу. Его рубашка была полностью расстегнута, и о смуглое тело терлись мои затвердевшие соски из-под задранного топа. Он то и дело, переключался ртом на них, тогда я закусывала его ключицу, чтобы не издавать криков. Его орган, готовый к действию, терся о предназначенное для него место, практически разрывая ткань.
Таких ощущений рядом с мужчиной я еще не испытывала никогда! Весь секс, который когда-либо присутствовал в моей жизни, и рядом не стоял с настоящей прелюдией. Меня не волновало ничто, кроме моего мужчины и того, что он со мной вытворял. Не было никаких извращений, но в сочетании с его внешностью, страстью, его натурой и всем, что я пережила благодаря ему, она творила невообразимые чудеса. Все чувства: злость, очарование, благодарность, непонимание, ненависть и желание сплелись воедино и сейчас настойчиво требовали, чтобы блондин сменил один палец двумя, а затем освободился от нижней части одежды и показал всю «мощь» высшего существа.
- Давай же, продолжай, - молила я, стоная. Но моя просьба остановила его Светлость.
- Нет, не могу. – Он недовольно рыкнул и отошел на несколько шагов, - черт!
Он развернулся ко мне спиной и кулаком ударил в растущую рядом ни в чем не виноватую ель, которая практически сломалась пополам, но вроде выдержала. Я же стояла около дерева, практически впечатанная в его кору, с оголенной грудью, красными следами вокруг рта от щетины, мокрая и всклокоченная. Все это завершила гримаса разочарования. Нет, так выглядел настоящий облом.
- Ты сейчас серьезно?