«Не самая добрая шутка, - прокомментировал дракокот. – Хотя, раз этот несчастный так робок, что боится нас, надо бы поучить немного. Пойдёмте».
А джунгли всё больше походили на нарисованные в компании Диснея. Средь травы и на ветвях цвели большие яркие цветы, что распространяли вокруг непередаваемый аромат. Местные совершенно не умели петь, как оказалось, даже голосовых связок не имели, но зачем они телепатам? Прятаться не надо, как и бояться врагов, чем краше, тем лучше, радовали взор соседей и близких. Красовались собой, выставляя напоказ яркие перья, шёрстку и чешую. Являлись поместью всевозможных «земных» животных, птиц, рыб и насекомых, но неизменно милых. Нельзя было не восхищаться очаровашками.
«Но, внешнее великолепие ничто, – возразил собеседник, поймав мысли гостя. – Жаль, не способен ты разглядеть главного – наших душ! Добродетели сверкают, подобно драгоценным камням.
«Жаль, не во всех мирах это понимают, – Дима вздохнул, – насколько меньше зла было бы»!
Деревья расступились, и вышли наши путники на довольно большую поляну. По периметру располагались большие норы, из которых, периодически, высовывались мордочки монстриков. В траве кувыркались и играли малыши, один другого очаровательнее. Дима едва сдержался, чтобы не кинуться к ним и не перетискать всех крошечек.
«Лучше не надо, – предупредил спутник, – так получилось, что малыши внешне совсем как дети, но не в душе. И хотели бы, чтобы к ним относились соответствующим образом».
«Очередной вид бессмертия»? – Дымок откашлялся.
«Вроде того, – кивнул дракокот. – Я прочитал в ваших разумах, что вас интересует именно этот вопрос., , и вскоре покажем кое-что. То, что вы зовёте «золотом» и «алмазами» у нас также есть и в больших количествах, но»…
«Но я не допущу жестоких человекоподобных монстров в этот рай, – отрезал Дмитрий. – Скорпионы не признают в вас равных, принесут смерть и разрушение, лишь бы получить желаемое. Скажу, что тут полезных ископаемых немного и добывать их невероятно сложно. Куда проще продолжить поиски, не везде же есть разумные существа».
В воздухе носились крылатые монстрики, помесь птиц и археоптериксов, с перепонками между лапками и крыльями за спинами, приземлялись на ветви, пили нектар из цветов, возможно, и зёрнышки выклёвывали. Некоторые подлетали к играющим детям, приземлялись к ним на шкурки и начинали чесать, искать что-то, возможно, застрявшие зёрна, или пересохшие частицы кожи. Малыши послушно замирали и ждали, пока пернатые закончат. Некий своеобразный симбиоз.
«Крылатым для того, чтобы переваривать пищу, нужны катышки из шерсти, собранной с наших потомков, – пояснил монстр, – вот и вычёсывают лишние волосы. А взамен приносят нам особые камешки с гор, до которых не добраться. Это особо желаемое и полезное лакомство. Мы все тут помогаем друг другу, делаем что-то, чтобы укрепить отношения».
Неподалёку от «деревни» располагалось маленькое озерцо, скорее даже большая лужа, в которой плескались дракокотики уже разных возрастов. Там же поблескивала рыбья чешуя. И обитателям водной стихии нечего было бояться, участвовали в веселье.
«Будоража водоём, мы поднимаем со дна песчинки и вырываем небольшие водоросли, так же и унаваживаем, а плавуны всё это подъедают, – продолжило рассказ чудище, – а взамен нам позволяют пить, сколько захочется».
«И с деревьями также дружите»? – улыбнулся Дымок.
«А то, – хохотнул рассказчик, – своими корнями укрепляют стенки нор, а мы землю рыхлим когтями, подкладываем питательные минералы, в жаркое время и поливаем, благо, река не так далеко. Семена оттаскиваем в те места, где им удобнее будет произрастать».
«И что у вас тут всегда так было»? – юноша вздохнул.
«По слухам, очень-очень давно всё было по-иному, – миляга поморщился, – но прибыло к нам некое создание и пробудило способность читать и передавать мысли. И мы не смогли больше убивать, ссориться и ненавидеть, это причиняло слишком большую душевную боль. Проще себя убить, чем навредить другому. И нам пришлось найти особые камни, позволившие переродиться постепенно. Немало несчастных скончалось, некоторые и от голода, но оставшиеся стали такими, как ныне и вполне счастливы».