Выбрать главу

– Иди, погуляй. Я тебя здесь подожду.

Вместе с облегчением пришло умиротворение, и девушка погрузилась в сон. Снились мама и отец, оба весёлые и довольные. Вдруг мама сказала:

– Просыпайся, дочка, – а отец засмеялся:

– Труба зовёт…

Лена очнулась, ощущая, что её тянут за рукав туники. Она здесь предпочитала одежду, похожую на земную, а в поселении приходилось надевать неудобные платья в пол со множеством золотых украшений.

– Ты чего, зайка? – спросила, поняв, что это питомец тянет её куда-то.

Заяц отпустил ткань и отпрыгнул на приличное расстояние, но поняв, что хозяйка не идёт за ним, вернулся, повторив прыжок.

– Показать что-то хочешь? – догадалась Ёлка и двинулась за зверьком. Пробираясь среди деревьев и кустарников, девушка не замечала направление движения, поэтому очень удивилась, когда оказалась возле невысокого холма.

– Ты где, Зая? – посмотрела по сторонам, но зверёк исчез, словно в воду канул. Какую воду? Здесь не было не только реки, но и оврага…

Лена даже запаниковала, поняв, что не знает, куда идти, а потом успокоилась, сообразив, что всё направление точно отложилось в памяти, услужливо возникнув в воображе, как извилистая линия на плане местности.

– Ладно, поищем питомца. Где ты? – закричала Ёлка. – Заблудишься, – в ответ тишина.

Встав возле дерева, напоминающего берёзу, землянка сделала несколько шагов влево, уткнулась в колючий куст и вернулась. Пошла вправо, вышла к пушистым ёлочкам, растущим вплотную друг к другу прямо на склоне холма.

Вернувшись, пошла точно вперёд. Осознав, что выбрала правильное направление, прибавила шагу, благо между деревьями не было кустов и можно было смело продвигаться.

Заметив впереди свет, побежала, но неожиданно ноги провались в пустоту, и девушка полетела куда-то вниз с головокружительной быстротой. Упала на нечто мягкое, но недовольное, издавшее знакомый писк. Протянув руку, поняла, что приземлилась на питомца.

-Прости, Зайка, – погладила мягкую шёрстку. -Мы где?

Питомец, конечно, не ответил, прижался к поглаживающей его руке и мелко задрожал.

– Ничего, всё будет хорошо, – громко сказала Лена, дотрагиваясь до Ожерелья и настраивая его. Появился свет, исходящий от украшения, точно от карманного фонарика.

Девушка взяла на руки зверька, поднялась. Осмотревшись, поняла, что находится в подземном туннеле, явно искусственного происхождения, потому что стены были ровными, как и пол. Правда, приходилось обходить кучи мусора, которые были чаще всего испражнениями инопланетных тварей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– О, это что же за животные столько наклали? – удивлённо произнесла землянка, обходя большую кучу. Она точно знала, что это помёт, но такого размера… Встретить такого великана она бы не хотела. Хотя было ощущение, что в подземелье не появлялось живое существо уже много лет.

Шла медленно, коридор постоянно поворачивал, но не разветвлялся. Скоро начали попадаться ниши. Правда, они были разрушены, точно из них извлекли предметы, а полости попытались засыпать.

Вдруг зверёк дёрнулся, девушка не удержала его, разжав руки. Зайка оказался на полу, оглянулся и запрыгал вперёд, Лена поспешила за ним. Догнать его оказалось непросто. Завернув за очередной угол, девушка резко остановилась, увидев питомца, стоящего возле большой двери.

– Какой странный материал, – Лена провела рукой по гладкой поверхности. – И как её открыть?

Зверёк смотрел на неё своими глазами, которые в темноте казались живыми и здоровыми.

–Думаешь, привёл, а открывать я должна?- усмехнувшись, Ёлка ощутила себя Повелительницей, дотрагиваясь до ожерелья. Но ничего не произошло.

– Так-так, – взволнованно прошептала девушка, закрыв глаза и пытаясь добраться до подсознания. Рука непроизвольно дёрнулась, пальцы начали перебирать бусины, издавая непонятный звук, который казался частью забытой, но уже слышимой мелодии.

Дверь отошла в сторону, открыв чёрный проём. Зайка тут же шмыгнул вперёд, Лена опасливо ступила за ним.

Тут в помещении стало светлеть, точно сама комната обрадовалась, что появилось живое существо. Ёлка остановилась, оглядываясь. Помещение было загружено каким-то хламом, напоминающим ящики, сломанные стулья, части мебели.