– Я Ждан, – вымученно улыбнулся юноша.
– Елена, – отозвалась землянка.
–Не могу пока адекватно мыслить, – признался бывший спящий красавец.
– Понятно, – Ёлка постаралась взять себя в руки, унять бешено скачущее сердце. – Ты голоден, наверное.
– Голоден? – переспросил Ждан, потом улыбнулся. – Ну, дада, я же столько лет не ел.
– У меня нет еды, но я могу найти в лесу.
– Сюда идут.
– Кто?
– Это я, дорогие дети. – Послышался голос Жуна. – Вот и исполнилось пророчество Таши.
– Ты знал? – спросила Лена. – Почему не сказал?
– Зачем? – удивился Скорпион. – Если бы ты не нашла его, то не была бы предсказанной девой.
– Понятно, – пробурчала девушка. – Что теперь?
–Кажется, молодой человек голоден? Надо его накормить.
Жун двинулся к стене, начал водить по ней руками. Скоро стена ушла в сторону, открывая тёмный проход. Скорпион оглянулся, насмешливо спросил:
– Так вы идёте или нет?
Лена посмотрела на Ждана, раздумывая подавать ему руку, или оскорбит таким знаком внимания.
Юноша будто понял её намерение, ловко выскользнул, встав рядом с девушкой. Она залюбовалась его стройным телом, на котором не было ни капельки жира, зато мышцы рельефно выделялись.
Сняв плащ, она накинула его на плечи Ждана, упрямо сверкнув глазами, он кивнул, принимая одежду.
Жун долго водил их по подземелью, так долго, что молодые люди переглянулись, испытывая похожие чувства: не нравилось им это. Если бы Ёлка имела доступ к Ожерелью, она бы уже прочла мысли Скорпиона, но теперь Ожерелье поддерживало жизнь Ждана и не реагировало на её мысленные посылы, видимо, вся его энергия была зациклена на сыне Таши.
Наконец, он остановились возле ниши, которую Скорпион открыл небольшим ключом.
Шагнув в помещение, Ждан воскликнул:
– Комната матушки.
– Да, я перенёс её сюда. Здесь бываю часто.
Молодые люди прошли, Ждан сел на диван, Скорпион скрылся за ширмой, бормоча что-то. Скоро он вынес поднос с закусками и фруктами. Ждан посмотрел на них и взял большой плод, напоминающий маленькую земную дыню. Лена знала, что она по вкусу была чем-то напоминающим смесь банана, яблока и дыни и прекрасно утоляла аппетит, насыщая тело энергией.
Ждана оставили в подземелье, а сами вернулись в город Ёлка беспокоилась – брата долго не было, но Жун рассказал, что Дима приходил, передал привет и вновь ушёл, очень огорчился, что не увидел сестру, обещал вернуться через неделю.
Всю неделю Лена проводила с Жданом, рассказывая о Земле, друзьях, других мирах, что посетил брат. Сын Таши оказался очень любознательным, скоро освоил общение с артефактом, активно занимался спортом, так как помнил наставления матери – в здоровом теле – здоровый дух. Ожерелье стало частью его души и тела и не спешило возвращаться к Ёлке. Она и не огорчалась. Её полностью захватило желание ближе узнать этого привлекательного юношу, что заполнил собой все уголки её сердца.
Молодые люди проводили вместе очень много времени, практически не расставаясь, а скоро стали близки, соединив не только души, но и тела.
Ёлка была так счастлива, что не замечала сначала расстроенного, а потом злобного взгляда Жуна.
В день, когда должен был вернуться Дмитрий, Скорпион сообщил, что пора Ждану начать преображение этого мира, и посоветовал вернуться к саркофагу.
И вот они втроём стоят в зале у постамента.
– Сними Ожерелье, – скомандовал Жун. Сын Таши сдвинул брови, бросил взгляда в сторону подруги. Ёлка пожала плечами, тогда он выполнил приказ.
Жун молниеносно схватил артефакт и злорадно улыбнулся, нажав определённый символ – Ждан сразу превратился в безмолвную статую, только глаза оставались живыми.
Жун довольно скривился, глядя на сына Таши и повернулся к землянке.
– Ты такая юная и непорочная, Елена…. Ты могла бы сделать меня счастливым, но ты не ответила на мои чувства. Да, я стар, очень стар, но твоя молодая кровь восстановила бы мои силы. Вместе мы бы покорили все миры, что открыло Ожерелье. Но…. не мне спорить с Ташей, а так хотелось верить, что и она могла ошибиться.